Я люблю тебя, Калькутта!

Рабиндранат Тагор писал с горечью: «Чувство пренебрежения и превосходства неизменно унижало нас и нанесло серьезный ущерб нашей культуре. Оно породило в сердцах нашей молодежи недоверие ко всему, что являлось наследием прошлого. Старинные индийские картины и другие творения искусства высмеивались нашими студентами, подражавшими европейским учителям в этот обывательский век... Слишком долго воспитывали их на третьесортных копиях французских картин, кричаще-пестрых олеографиях самого низкого пошиба, на картинах, отмеченных печатью машинного стандарта, и они еще считают признаком высшей культуры презрение к творениям восточного искусства».

Руководители „Международного общества сознания Кришны" любят называть себя религиозной индусской организацией. На мой взгляд, как бы ни декларировало это общество свое индийское происхождение, по существу, оно возникло на западной социально-психологической, идейной и культурной почве и реанимировало старые западные оккультно-теософские стереотипы о конце мира и о том, как спасти пребывающую в бесконечном странствии душу... По сути дела, поклонение образу глубочайшей старины, свойственное нетрадиционным религиям, адресовано не Индии, не ее реальной истории, а некоему индийскому мифу, сложившемуся на протяжении веков, причем в сознании неиндийцев. Западный человек нередко считает тот духовный мир, к которому принадлежит по рождению и воспитанию, неполноценным. Поэтому ищет иной мир, иные нравственные ориентиры. Это и влечет его к нетрадиционным культам, проповедующим духовность вымышленной Индии... Но то, что проповедуется в тех общинах, где эти новообращенные надеются обрести истинные духовные ориентиры, то, что выдается за индуизм, на самом деле очень далеко от индуизма с его устоявшимися символами и представлениями, требующими уникального поведения, выработанного в результате исторической эволюции».