Отзывы о книге Жажда

Хороший, в принципе, автор. Странно, но раньше я его не читал (или читал мельком, или забыл, но, скорее всего, не читал). Здесь он (в сборнике этом) в одном месте, (в последней, как раз, повестюшке) вставил отрывок из своего "романа", который он (то есть, якобы, главный герой) начал писать в 10-м классе, и я подумал: а опубликую-ка и я свои старые рассказики из наших рукописных журналов "Декабрина", который мы, с братьями с начала 1980-х до начало 1990-х (в единственном, правда, экземпляре) выпускали , опубликую, хотя бы на своей страничке на proza.ru. И взял я (по этой причине) с собой из загорода несколько номеров той самой "Декабрины", допишу эту рецу и начну потихоньку набирать (а скорее всего на следующей неделе начну набирать) что-то из тех рассказов вручную на компе (а как по-другому? вариантов нет). Ну это ладно, это я немного отвлёкся. Продолжаем. По поводу сборника. Первый рассказ "Нежный возраст", -двухмесячный, типа, дневничок (с 14 марта по 14 мая 1995 г.) некоего малолетнего школьника. Очень неплохо. И опять-таки, словно прям знакомо и так нейтрально-сопереживательно (а достижение сопереживательности уже плюс, как я уже говорил неоднократно). Не без перегибчиков конечно (ибо это просто "красиво" конечно так сказать "Никому не может быть столько лет" (имея при этом в виду всего лишь 63-65-и летний возраст), но даже для младшего школьника -это перебор, чтобы так "высказываться" (не до такой же степени он дебил, хотя, забегая вперед, можно констатировать, что как минимум половина героев книжки, кажется, обитает именно в этой дебилоидно-тормозной парадигме). И да, больно уж пацанчик пофигистично спокоен, и слишком спокойно об этом рассказывает (даже, например, когда мама его говорит ему, что уходит от них) и ещё более спокойно ведет себя при этом (уходе). Стержневая (как можно догадаться по названию сборника) повесть здесь - "Жажда" - это, если буквально по ситуативным цитаткам рассматривать, то речь здесь идет о водочной жажде (пьют много и почти все, в том числе ГГ), а если не буквально, то о главном герое рассказывается (пусть и от первого лица)- о парне, изувеченном (обгорело лицо) на "чеченской войне". Хороший, нормальный текст. И опять-таки ровно-безэмоциональный тон повествования, ну и критика нашей жизни, за одно присутствует. Всё это написано, как я понимаю, в начале 2000-х, когда коллективный запад представлялся (да и сейчас представляется, слава богу, всё меньшему и меньшему количеству) этаким "сияющим градом на холме". Смешно (если бы не было так грустно).

Пару недель назад я по собственной дурости изрядно ошпарил руку. Крутым кипятком обварил до большущих пузырей. Конечно, теперь уже зажило, но пятно едва ли не свекольного оттенка на руке осталось, ну и стянутый участок кожи. Некрасиво, но ведь рука, не лицо…

Дальше...

Герой нашей повести после подрыва БТРа кумулятивной гранатой буквально горел в нём до тех пор, пока его не вытащили из машины. А следы горелого тела — кожи, мяса — остались не только на его теле и лице. Но и на всей его душе, в его мыслях и чувствах. И ничего другого он теперь не может в этой теперь уже в мирной послевоенной жизни. Нет, конечно, он умеет делать евроремонт и то и дело им занимается — жить на что-то надо. Но рисовать — а наш парень изрядный рисовальщик, а то и художник — он способен только войну. Всех тех, с кем он прошёл всю свою недолгую службу и тех, кто не вернулся домой. Вот он их и рисует…

Вообще я не читал эту повесть, а слушал моноспектакль Константина Хабенского по ней. И мои впечатления от написанного удвоены, а то и утроены от того мастерства, с которым Хабенский прочитал нам эти огненные строки. Непременно поделюсь этим с другими любителями аудиокниг…

Передо мной пустой лист. Такое же долгое ожидание, как ожидание главного героя. Как написать обо всем этом? Когда боишься заснуть, потому что в снах повторяется всё снова и снова. И это невыносимо. Так невыносимо, что в перерывах между работой забиваешь холодильник водкой и пьёшь так, что бы не помнить ничего. Что бы забыть отдаёшь своё зеркало соседке. Не напишешь, надо читать. Читать и прочувствовать эту самую жажду, жажду боли, которую невозможно утолить… Разве что только добром или пониманием… Тогда станет чуть-чуть легче. Небольшой рассказ. Но сколько в нём! Каждая строчка пропитана болью, одиночеством, безысходностью сломанных судеб. Такая большая жизнь, и какие разные судьбы. Главный герой прошёл чеченскую войну, которая изуродовала его тело. Но, каким-то образом он смог сохранить свою душу. Он не озлобился, он просто закрылся, и только некоторые моменты, которые возникают в его жизни, дают ему силы жить дальше. Во-первых, это армейское братство, где каждый поддерживает своего товарища. Своих не бросают. Во-вторых, это родные. Константин знакомится со своими братом и сестрой – детьми своего отца. И благодаря общению с ними, он снова начинает рисовать. И потом он рисует, рисует, рисует. Но всё простым карандашом. Цветными он рисовать не может. Его рисунки - его жизнь, всё, что происходило или могло произойти, так, как должно было быть на самом деле, не будь этой войны. А в конце повести он рисует своё лицо. Даёт ли ему это надежду? Но он начинает снова видеть мир… Язык повести бесподобен. Геласимову удалось так передать диалоги бывших сослуживцев, что это не резало слух. Очень жёстко написано книга – такие уж там события. Но в то же время ты не остаёшься равнодушным ни к чему происходящему. Ты переживаешь всё с ними, с этими тремя, которые ищут пропавшего четвёртого, не нашедшего себя и совсем опустившегося сослуживца. Они ищут его везде- в Подмосковье, в Москве на вокзалах, они ищут и сквозь эти поиски мы узнаём их судьбу. И мы понимаем, мы всё понимаем… Понимаем боль и обиду Константина на своего отца. А ведь ему так нужен был отец! Да и матери он особенно не был нужен. По-настоящему его открыл директор училища, да и тот уехал, оставив только свою жажду... Жажда... В этом слове всё, что чувствует и переживает главный герой... Жажда.Жажда.Жажда.. Хотелось бы увидеть рисунки Кости. Очень хотелось бы...

И согрета лучами звезды по имени Солнце. В Цой.

Один из самых интересных российских писателей. Мастит, увенчан, прочно утвержден в обойме the best - номинант званий и лауреат премий, книги удачно экранизируются, переводятся и на амазоне бьют рекорды продаж. Прежде читала у него один рассказ "Зиганшн Бугги". И поняла три вещи: он действительно хорош; он совершенно не мой; читать, несмотря на второе, буду потому что - первое.

Про "Жажду" девять из десяти скажут, что это о войне. И будут правы. Отчасти. Чуть позже объясню, почему отчасти. Молодой, но уже сильно битый человек Константин живет один. А потому что лицо у него такое, что только детей пугать. Обгорел на войне, граната прожгла броню БТР в том месте, где он сидел. Костя художник, не из тех, которые экспонируются на выставках, просто хорошо рисует. Талант от Бога, был недолгий промежуток жизни, когда встретил человека, который заметил этот дар и попытался развить. Тот человек сильно пил. Тоже талантлив был и топил свой дар в водке. Не спрашивайте, почему, чтобы не услышать лжи.

Но к нашему герою. Художник - это тот, в кого положен дар видеть красоту и уметь показать ее другим. Костя теперь не рисует, он по строительству и отделке для нуворишей. Платят хорошо. Потому что делает, как другие не могут. А получив расчет, затаривает холодильник водкой (одной только водкой, в количестве, несовместимом с жизнью) и пьет. Слияние и поглощение: он ее, она - его. Нет, не в вакууме живет. Есть друзья, армейское братство: Пашка. Генка и Серега. Мама есть со своим дядей Эдиком. Отец тоже где-то есть в заоблачных карьерных далях чиновника московской мэрии. С молодой женой Мариной и двумя детьми. Еще соседка Ольга, ее маленького ребенка Костей пугают: "не будешь слушаться - он тебя заберет". Да, в вакууме живет.

Так вот, это о войне. да. Но не о той локальной, на которую Родина. привычно не спросив согласия, отправила сыновей: вот тебе на время автомат, а взамен навсегда отдашь здоровье, лицо, ногу, душевный покой, жизнь. Это о той войне, которую каждый ведет со всеми: с системой; несправедливостью жизни, обделившей любовью; с родителями, друзьями, любимыми, детьми. О войне, которую человек ведет против самого себя. Против искры Божьей, положенной в него: найти и затоптать, вместо того, чтобы найти и разжечь огонь. Какой огонь, ты о чем, мало парню огня было? Ты на рожу его погляди.

Да, я о том же, задушенная внутри себя по злому умыслу или незнанию энергия не исчезает, имеет свойство материализоваться на внешнем плане и тогда ее манифестации бывают пугающими, могут калечить и убивать. Ну что ты несешь, послушать тебя, так если бы этот Костя вместо того, чтобы страдать от отцовской нелюбви, материнской бесхребетности, назойливого присутствия в своей жизни дяди Эдика и предательства Директора занялся всерьез рисованием, он бы не обгорел в том БТРе? Не знаю, не могу точно сказать.

Знаю и могу утверждать другое. Проза Геласимова хороша не потому. что он обращается к маргинальным явлениям и состояниям и не в силу фрейдистского маниакального упорства. с которым ворошит детство, отыскивая в нем причины сегодняшних бед и горестей героя. Ее сила в чуде созидания: человек находит свою не до конца затоптанную искру и становится подобен Богу - сотворяет альтернативную реальность. В которой все они станут теперь жить. Ах да, иллюстрация неслучайна. Для тех, кто не любит или не имеет времени читать глазами - Константин Хабенский гениально начитал повесть.

Дальше...

Я давно знаю и люблю творчество Андрея Геласимова. Как-то, то ли в каком-то разговоре, то ли в какой-то рецензии, я сказал об одной из книг Геласимова: «Написано прекрасно, но создаётся впечатление, что писать ему не о чем». Так вот. В «Жажде» писать Геласимову было о чём. В этой небольшой повести пишет он о судьбе простого русского парня, во время срочной службы в армии угодившего то ли в первую, то ли во вторую (в книге не уточняется) Чеченскую войну. Во время одного из «выходов» БТР, в котором ехал Константин, главный герой повести, угодил в засаду. Константин выжил, но здорово обгорел. Особенно в том адском огне, который бушевал в подбитом БТРе, пострадало его лицо. Лицо, которым в пору пугать детей. С этого, собственно, и начинается повесть — к Косте домой приходит соседка, — просит прийти к ней домой и напугать её расшалившегося, не желающего ложиться спать, маленького сына. А потом к Константину приходят его друзья-сослуживцы по Чеченской войне, и зовут поучаствовать в поисках ещё одного их пропавшего друга. Дальше пересказывать не буду — дабы оставалась какая-никакая интрига, если возьметесь читать. А прочесть эту небольшую повесть я вам категорически рекомендую. Мало того, что аж душа болит, когда читаешь о том, о чём написано повесть, так и радостно, и тревожно и до ужаса завидно следить за тем, КАК написано. Очень сильный текст. Очень.

В фабуле «Жажды» нет ничего необычного. Есть Костя – ветеран войны с обожжённым лицом. Сейчас он делает евроремонты, дичится людей, в перерывах между заказами пьет. У него есть три бывших сослуживца: Пашка и Генка, которые делали вместе бизнес и кто-то из них кинул другого на бабки, и Сергей, у которого «после дембеля все как-то не так случилось» – теперь он не работает, бродяжничает и периодически пропадает. Еще у него, Кости, есть соседка Оля – мать-одиночка, которая периодически просит главного героя напугать ее сына, чтобы он лег спать. Есть мать с отчимом, с которыми Костя уже полгода не разговаривал. И… ну все. Память еще, если только. И водка, конечно. Сюжет хаотично скачет по временам: случайное слово в настоящем цепляет важное воспоминание, а фраза из детства резонирует в реальности, но в итоге складывается цельная картина жизни паренька из Подольска, у которого отец ушел из семьи, а на его место водворился какой-то дядя Эдик; мать была занята своей трагедией, а единственного человека, проявившего к нему участие, Учителя (пусть и отчаянно пытающегося залить свою жажду стаканами водки), сын забрал к себе на Черное море. Потом случились армия и война. Теперь мир Кости, обожженного и своим видом пугающего людей, схлопнулся до размеров квартиры (своей или ремонтируемой), а круг общения – до пяти человек. Но внутри у Кости много вопросов, ответы на которые он пытается выудить из мутной воды памяти, потому что пока не имеет сил идти вперед. Иногда кажется, что время вокруг героя замерло и нужно какое-то заклинание, чтобы этот стеклянный шар разбился и время снова пошло. Другой вопрос, нужно ли Косте это. И вот обратный отсчет наконец пошел: снова пропадает Серёга и три товарища грузятся в джип и отправляются его искать. Это прямо-таки экзистенциальное путешествие с посещением нынешней семьи отца, дракой с ментами и возвращением к внутреннему ребенку дарит герою если не освобождение, то его призрак. Не обойдется без русского комбо поисков: бога, отца и сына, во всех его вариациях. Как я и говорила, ничего необычного. Что же заставляет читать дальше? Возможно, то, что на протяжении почти всей повести Костя молчит и слушает. К этому обычно сводятся все его разговоры с людьми: они пытаются Костю в чем-то убедить, что-то доказывают, а он молчит и слушает. Говорить начинает ближе к финалу, но не часто. Зато его внутренний монолог не смолкает на протяжении всей повести (и это не только потому, что повествование от первого лица). И этому монологу веришь: он не срывается в патетику, не жалеет, не зовет, не плачет. И хотя грызет его беспощадное «Почему?» (именно «Почему?», а не богохульственное «За что?»), он то ли усилием воли, то ли из-за склада характера не позволяет ему определять себя как человека. Удивительно даже. Не знаю, в какой мере помогло то, что Костя – художник. Еще в детстве Учитель объяснил ему, что художнику важно видеть и понимать людей. И Костя продолжает смотреть и видеть, даже когда перестает рисовать. А потом начинает видеть не только людей, но и мир, который они населяют. Учится расставаться с болью, с памятью, и с тем собой тоже, хоть немного. В Сети бродит радиомоноспектакль по повести с Константином Хабенским во всех ролях. Все сошлось, короч, это надо слышать.

…Отдышалось немного… И снова пошло. гр. Сплин

Самая страшная смерть - смерть в огне. Но что делать, если огонь погашен, а ты продолжаешь гореть? Если помимо незримого клейма на сердце, которое оставила война, есть еще и зримое - выжженная пустыня вместо лица. Если отныне твое лицо само по себе может нанести душевную травму кому угодно. И приходится его не то чтобы прятать... но прятать, чтобы ненароком не стать причиной чьих-то ночных кошмаров.

Неудивительно, что в “Жажде” Андрея Геласимова пьют все. Много. И без всякого удовольствия. Просто для того, чтобы пополнить естественную потерю жидкости в организме. И вряд ли даже самый ярый поборник трезвости нашел бы что сказать по этому поводу. Нет, Константин - не пропащий человек. У него есть работа, друзья и устоявшийся жизненный цикл, в котором периоды активности сменяются периодами запоя. Что тут можно исправить и какую терапию посоветовать? Какие есть шансы на нормальную жизнь у главного героя - с таким-то лицом?

Обычно, когда читаешь что-то бесконечно депрессивное, мозг как будто включает защитную броню. “Нет, - убеждает тебя здравый смысл, - вот был бы Константин хорошим мальчиком, который не прогуливает занятия в училище и поддерживает хорошие отношения с отчимом, так и не оказался бы в БТРе в том самом месте, где граната прожжет герметичную скорлупу”. И вообще - не оказался бы в Афгане. Может быть. Но в случае с “Жаждой” броня не отрастает, и все стены, пущенные автором, ранят больно и глубоко.

Удивительно, что при всем своем алкогольно-депрессивном замесе “Жажда” — это повесть о выздоровлении, восстановлении душевного равновесия. Вместо связей утраченных возникают новые. Но настоящее возвращение начинается тогда, когда Константин берет в руки карандаш. Тогда уже можно вздохнуть с облегчением - он будет жить.

Я не знаю, так ли хороша повесть Геласимова, как мне показалось, но в исполнении Константина Хабенского она гениальна. До слез и до мурашек. От первых слов и до: "- А чье это лицо? - сказала она. - Как будто знакомое. - Мое, - сказал я и положил карандаш. Никита громко сопел под одеялом".

По мне, так этот рассказ идеально подойдёт для издания на Западе для тех, особенно для тех, кто мыслит о России стереотипами, потому что в книге очень любопытная первая сцена. Главный герой загружает холодильник водкой. Только водкой, больше в холодильнике ничего нет. И водки так много, что вся в холодильник не помещается и он начинает расставлять везде, где только видит. Да и зачем прятать, если в скором времени он начнёт её планомерно уничтожать, и начнётся не просто запой, А ЗАПОИЩЕ! И после такой открывающей сцены ты понимаешь, что в этом рассказе не будет ничего весёлого или радостного, одна только грусть, тоска, вымотанные нервы и вывернутая наизнанку душа.

Возникает логичный вопрос – а зачем Константин – главный герой – так много пьёт? Может он запойный алкаш без надежды на исправление? Да нет, у него есть работа, он занимается ремонтом домов и неплохо зарабатывает. Может у него нет друзей, близких, семьи? Да нет, вроде есть, хотя отношения между всеми натянутые, как струны у гитары. И вот это уже серьёзная причина чтобы запить, тем более, что мать живёт с каким-то дядей, отец давно оставил их, обзавёлся хорошей работой и новой семьей, а друзья поссорились из-за того, что не поделили какие-то деньги. А ещё соседка просит Костю попугать её ребенка, чтобы тот слушался, иначе Костя заберёт его с собой. Это всё потому, что будучи на войне в Чечне в их БТР попала граната, взорвалась, Костя выжил, но вот лицо у него осталось обожженное, таким только детей пугать, на нормальную жизнь рассчитывать не стоит с такой внешностью. А ведь он талантливый художник и один человек в детстве заметил у него этот дар и пробовал развивать его, подсказывал что-то, направлял в нужное русло, но при этом иногда кричал и много, очень много пил водку. Потому что его мучила какая-то жажда. Костя не понимал, какая, но когда вернулся с войны его начала мучить такая же жажда.

Всё повествование мы будем прыгать во времени – в детство Кости в не самый счастливой разваливающейся семье; во время службы в армии, которая оставила у Кости след как на лице, так и на душе; в настоящее, в этот бардак где все вокруг друг на друга затаили обиды и злобы. Причём, эти временные прыжки не будут отделены друг от друга, порою даже в одном абзаце мы будем переходить из одного времени в другое. И это всё не путано и понятно и мы таким образом понимает, что творится на душе у главного героя, какие болезненные отрывки из предыдущей жизни постоянно прокручиваются у него в голове и как сильно влияют на настоящую жизнь. Он вместе с товарищами вернулся с войны, но она их не оставила, сломала и сделала их совсем другими и они как бы стали непригодны для нормальной жизни. Да ещё и друг на друга обижаются из-за всяких мелочей.

Очень сложная и выматывающая книга, которая оставляет неприятный осадок на душе и от неё становится очень тоскливо. И очень жалко, что атк много событий и так много важных тем поднято в этом небольшом рассказе, всего этого хватило бы на большой и толстый роман. Но автор не превратил всё это в депреиссивно-пессимистичный тупик, а оставил хоть какую-то надежду на лучшее.

Странно я иногда книги выбираю для почитать/послушать. Эту выбрала потому что автора давно советовали и вдобавок озвучивал Хабенский. И как оказалось, книга совершенно не моя. О судьбах людей, побывавших на войне и этой войной искалеченных. Главный герой изуродован в Чечне, на гражданке занимается ремонтом квартир, пьет водку, вспоминает жизнь до войны и войну, вместе с двумя сослуживцами, с которыми горел в одном бэтээре, ищет третьего, пропавшего где-то на гражданке, и т.д. и т.п. И все время герои пьют водку – жажда. Совершенно не моя книга. Но Хабенский прочитал хорошо.

Когда повесть начинается словами "Вся водка в холодильник не поместилась", то тут могут быть 2 варианта: - либо дальше пойдёт текст для любителей шансона; - либо книга вымет вашу душу; Водка в русской литературе это не эквивалент веселья и радости, а грусти, тоски и трагедии. Разумеется я имею в виду хорошую, качественную литературу, а не хлам.

Так и с этой книгой. Душу наизнанку. Нервы вдребезги. Предельно искренняя и психологически достоверная повесть Геласимова о юноше двадцати лет вернувшегося с военных действий в Чечне. И совсем не о войне, а о жизни, о мечтах. И вот парадокс какой-то - пишет о чёрном, тяжёлом, болезненном, а послевкусие хорошее, светлое.

Начала слушать вечером, а потом в постели. Дослушав, в час ночи пошла курить и сморкаться. Проняло.