Трактир «Ямайка». Семейный заговор

— Я не боюсь Джосса и никогда не боялся.

— Может быть, и нет, но что, если он тебя боится?

— Он мне завидует. Они все мне завидуют. Они знают, что у меня есть мозги, и ненавидят меня за это.

Как все мужчины, которым довелось до смерти перепугаться, трактирщик переложил вину за собственное малодушие на чужие плечи и теперь бушевал, чтобы успокоиться.

Впервые Мэри поняла, что отвратительное и привлекательное существуют бок о бок и грань между ними очень тонкая.

Женщины думают иначе, чем мужчины. Они живут в другом мире. Поэтому я их не очень-то жалую. От них только горе и неразбериха. Приятно было свозить тебя в Лонстон, Мэри... Но когда дело доходит до жизни или смерти, как сейчас, то, Бог свидетель, я бы очень хотел, чтобы ты оказалась за сотню миль отсюда и тихо сидела бы с шитьём на коленях в уютной гостиной, где тебе и положено быть.

Я бы предпочёл увидеть свою дочь скорее в могиле, чем живущей у Джосса Мерлина в "Ямайке".

Но в бродяжничестве не найти ни мира, ни покоя, Джем. Наша жизнь – довольно долгое странствие. К чему еще отягощать свою ношу?

Народ в Хелстоне был дружелюбный, Йелланов в городке знали и уважали, ибо после смерти мужа вдова упорно сражалась с жизнью, а ведь мало кто из женщин смог бы жить, как она — с маленьким ребенком и фермой на руках, даже не помышляя о другом мужчине. Был один фермер в Манаккане, который посватался бы к ней, если бы осмелился, и еще один, в Гвике, выше по реке, но по глазам вдовы они видели, что никто ей не нужен, ибо она душой и телом принадлежит мужчине, который умер.

Женщинам и диким зверям полезно голодать, они от этого становятся смирными. 

отвратительное и привлекательное существуют бок о бок; грань между ними очень тонкая.