Quo Vadis

Почитать Христа недостаточно, надо еще жить соласно его учению.

Как свет исходит от солнца, так и счастье исходит из любви.

Виниция эти слова поразили, и, придя домой, он задумался над тем, что, возможно, доброта и милосердие христиан и впрямь доказательство их малодушия. Люди твердые, закаленные не могли бы так прощать. Не в этом ли, подумал он, причина отвращения, которое испытывает его римская душа к этому учению. «Мы умеем жить, сумеем и умереть!» – сказал Петроний. А они? Они умеют лишь прощать, но им неведома ни настоящая любовь, ни настоящая ненависть.

Когда уйдут молодость и красота, когда тела наши увянут и придет смерть, любовь останется, ибо останутся теми же души.

Найдя бога, которого они могли любить, люди находили то, чего никому доселе не мог дать тогдашний мир,- счастье любви.

...под нарядным платьем часто скрываются глубокие раны.

Среди безумных сам становишься безумным и, более того, начинаешь находить в безумии некую прелесть.

— Ах, чтобы сломался большой палец на твоей ноге! — воскликнул грек.

Как прекрасно жить и любить

"О смерти не стоит думать, потому что она без нашей помощи о нас сама подумает." (с) Петроний

Давно ушел в прошлое Нерон, а базилика Петра на Ватиканском холме доныне царит над Римом и миром.

Жизнь существует для себя самой, не для смерти.

Император купался в крови, Рим и весь языческий мир безумствовал. Но те, кому стало невмоготу от злодейств и безумия, кого унижали, чья жизнь была сплошным горем и рабством, все угнетенные, все страждущие шли слушать дивную весть о боге, из любви к людям отдавшего себя на распятие, чтобы искупить их грехи.

Глупость, как говорит Пиррон, ничуть не хуже мудрости и ничем от нее не отличается.

— Значит, она так же прозрачна, как молодая сардинка?

Это довольно посредственная и скучная книга, которую стали жадно читать тогда лишь, когда автор был изгнан.

Красивую женщину всегда надо ценить на вес золота, но той, которая ещё и любит, вовсе нет цены.

Мир стоит на обмане, и вся жизнь - мираж. Душа тоже мираж. Надо все же иметь достаточно ума, чтобы отличать миражи приятные от неприятных.

-  Наш бог - бог милосердия, - повторил апостол. - Если бы ты стал на берегу и бросал бы в море камни, мог бы ты ими заполнить пучину морскую? И я говорю тебе, что милосердие Христово подобно морю, и все грехи и злодеяния человеческие потонут в нем, как камень в пучине. Я говорю тебе, что оно подобно небу, покрывающему горы, долины и моря, ибо оно вездесуще и нет ему ни пределов, ни конца.