Двухтомное собрание избраннных произведений

Очень неплохое классическое произведение. На первый взгляд, вроде бы ничего особенного, читается ровно, спокойно, и хотя неистребимого интереса не вызывает, есть здесь нечто завораживающее, цепляющее. Потрясающие, зрелищные описания природы Центральной Азии, почти осязаемая атмосфера горных вершин и жарких, пустынных степей, повседневный уклад обычной жизни на заставе - пожалуй, самая сильная часть написанного. И это, в общем-то, не удивительно: автор в предисловии вполне откровенно говорит, что хотел бы показать, как достойно, честно и открыто жили наши предки до революции, когда несли службу на дальних рубежах огромной прекрасной страны.

А как же было до войны? Как же жили мы сами, наши отцы и старшие братья тогда, когда стояли где батальоном, где ротой, где постом в восемь человек по Камен-Рыболовым, Раздоль-ным, Хунчунам, Омосо, Нингутам, Копалам, Пржевальском, Кольджатам, Хоргосам, Игдырям, Давалу и прочим местам громадной Азии и Закавказья? Ни газет, ни общества. Чужие люди кругом, дикая природа, не наше небо. А ведь жили. Жили годами изо дня в день, ожидая получения роты или производства в сотники, обмениваясь редкими письмами. И не только жили, но честно делали свое великое солдатское дело, боролись с разбойниками, мечтали о подвигах, влюблялись, женились, имели детей, воспитывали их и посылали от себя в далекие корпуса и институты. Был скромный быт, в котором в невероятно тяжелых и скучных условиях ковались те чудо-богатыри, которые три года побеждали лучшую в мире германскую армию…

Сюжет же произведения довольно вторичен. Он прост и незамысловат: на отдаленном российском посту на границе с Китаем неожиданно появляется юная искательница приключений Фанни. Порывистая и неугомонная мечтательница, она нарушает рутинное течение жизни обитателей Кольджатского поста, вносит в него новые краски и впечатления: охота, поиски золота, поимка разбойника… этой девушке просто не сидится на месте. Да, в книге есть и приключения, и опасности, и симпатичная романтическая линия, но ностальгически-описательный элемент настолько мощен, что все остальное уходит на второй план. В целом, текст достаточно каноничен и выверен, читается без проблем, но мне не хватило чего-нибудь оригинального, какой-то изюминки… просто хорошо, грамотно написанное произведение.

Те же, кто нас обвиняют Перед царём во грехах, Видеть Россию желают Вновь при сохе и в лаптях! Александр Харчиков

Краснов – антисоветчик. В данном контексте это важно: его утопия «За чертополохом» - суть диалог с воображаемым дураком. В качестве дурака здесь выступает Демократ Дятлов (Демократ – это имя) - нелепый, неумный, агрессивный и вообще малосимпатичный субъект, ближе к концу романа получающий напильником по голове. Также дураками являются здесь большевики и примыкающие к ним социалисты, которые победили в мировой революции, но при этом не умеют воевать (роман написан в 1921 году, и Краснов не мог не знать, как активно красные били белых), неспособны к созидательному труду и не разбираются ни в искусстве, ни в морали. - Оставим вопросы морали, но как могла толпа ленивых неумёх победить отборных профессионалов из императорских армий?

• Не мешайте автору проповедовать!

• Я ж говорю: не мешайте автору проповедовать!

• Это ж помазанник! Ему для решения государственных проблем и одной улыбки достаточно:

«Царственный юноша только шел впереди отряда, дарил улыбку и лаской чистого сердца, прикосновением руки снимал горести и заботы с изнемогших людей».

А что до его альтруизма – то опять же это помазанник. Во-вторых, сословным. В соответствии с сословиями, которые имелись до 1917 года. Потому что знай сверчок свой шесток. Каждое сословие отличается от другого в том числе одеждой. Дворяне косплеят Россию времён Алексея Михайловича (этот период антисоветчики почему-то считают золотым веком), крестьяне по сю пору ходят в лаптях. - У крестьян не хватает средств на более прочную обувь?

• Более прочная – это бездуховно. И вообще крестьян нефиг баловать.

Все то, что вы видите кругом: дом, сад, огород, пашни, лошадей, мебель, картина, посуду, белье - это все не мое и не моего сына, это все государственное. Вы видите на бокалах с одной стороны герб города Пскова, а с другой - две буквы "В" и "П" - Воеводство Псковское. Мы ничего не имеем.

- А в чём здесь трагедия?

• Как вы не понимаете? Остаться без собственности – страшная вещь: «Еще до освобождения крестьян от крепостной зависимости вселили мы народу русскому зависть к земле. Он и четырех десятин обработать не может, а ему подавай двадцать, ему сто подавай! И так разжигали эту страсть, что к началу нынешнего столетия все остальные чувства из души его вытравили. Одно лежало в сердце его: земля! "Земли!" - кричал батрак, "Земли!" - требовал киргиз, "Земли!" - требовал рабочий. - "Земля общая, земля Божья", - говорили социалисты, которые и в Бога не верили. - "Нет, в собственность!" - грозно вопил крестьянин».

«Над каждой областью, примерно над каждыми ста тысячью населения, ставился "тьмы начальник", воевода, из числа людей, собравшихся со всей России и верных императору, и образовывалось воеводство. Воевода над каждыми десятью тысячами ставил "десятитысячного начальника" из местных людей, известных честностью и бескорыстием, дальше следовали тысяченачальники, пятисотенные, сотенные начальники, или головы, - все эти лица были по назначению. Только десятские были выборными от десятков».

Надо же кому-то следить, чтобы эти аборигены занимались делом, а не торчали на улице в нетрезвом виде. Благо крестьяне от дефицита земли не страдают: трагедия с аэропланами освободила очень много посевных площадей. - За всё это время крестьяне не размножались?

• Россия большая. Вы только посмотрите, как крестьянам нравится работать: «И стала она у меня к полудню что твой сад. Пух, а не земля. Навозом подбросил, аромат идет - прямо "разочарование" одно».
• Автор в курсе, что навоз – это коровье или лошадиное говно? Какое в говне очарование или разочарование?
• Вы просто не понимаете романтики!

• Автор так видит!

• Это работы тяжёлой мало. И вообще каждый порядочный рабочий должен радоваться, когда работает ненормированный рабочий день. От 12 часов и выше.

«Наша школа преследует воспитание русского в любви к родине, повиновении царю и вере христианской; это первая ступень - четырехклассные училища, которые имеются в каждой деревне; обучение практически тому труду, которому посвящает себя человек, - это средняя специальная школа, вторая ступень, не обязательно для всех; и высшая государственная школа».

Интересно, что и такую школу приходилось вводить насильно. А тупой народ, не желающий отправлять туда детей, пороть, штрафовать и отправлять на работы. Ещё более интересна здесь школьная программа. Вот чему учат в средней сельскохозяйственной школе:

«В средней сельскохозяйственной мужчина учит полеводство, лесоразведение, травосеяние, знакомится с машинами, учится чинить их, изготовлять отдельные части, практически проходит кузнечное, шорное, слесарное дело, постройку домов, а женщина изучает садоводство, огородничество, пчеловодство, сохранение семян, заготовку плодов, уход за скотом и птицей, сыроварение и т. д.».

А вот аттестат выпускницы высшей государственной школы:

«Девица сия на испытаниях, произведенных в феврале 19** года, показала успехи: по знанию Закона Божия - отличные, русскому языку - отличные, русской истории - отличные, землеведению Российской империи - отличные, домоводству, садоводству, огородничеству, птицеводству, скотоводству, лечению детей, лечению животных, искусству печного и яственного, заготовлению впрок припасов, шитью и кройки, воспитанию детей...»

Впрочем, женщина в этом обществе не человек. Она друг человека. Она не получает тех же знаний, что и мужчина. И по большей части не получает высшего образования. Из 72 девиц вы высшую школу поступают только три. Остальные уже просватаны. - Интересно, современные монархистки об этом знают?

• Зачем женщине вообще что-то знать? Пусть млеет при виде красавца-офицерика.

«На тридцать миль распространяется его влияние. И когда он устремит свои "веди-лучи" на какое-либо судно, то рулевое колесо этого судна будет поворачиваться туда, куда я поверну это небольшое колесо прибора. И никакие силы не в состоянии противиться ему. Мало того. Машина будет давать тот ход, который я укажу ей этим электрическим телеграфом, и притом помимо воли механика».

Открыли состав, спасающий избы от возгорания. Запустили летающие поезда. Изобрели семена воды – так называемый водий – для орошения пустынь. Установили в каждой избе по светодару с дальносказом – аналогу телевидения, телефона и радио. И даже распределяют по чумам электрические печи. При этом в государстве нет ни одной электростанции. - Чукча, а ты куда печь включать будешь?

• Однако чукча не дурак. Чукча розетку купил.

• Потому, что народ не тот.

И одно лицо - пьяное, широкие скулы, вздутые щеки, приплюснутый обезьяний нос, ноздрями вперед торчащий, рыжая, клочьями борода, длинный стан, длинные руки, короткие кривые ноги, пакостная ругань на устах, вши в волосах, колтуном торчащих, блохи и клопы на теле. Пьяная, грязная бедность в избе, и глупое бахвальство, и тупость, до анархизма доходящая. Разве не читали мы про такого мужика? Разве не из этих кретинов-мужиков народились все те, которые валили трон и издевались над религией? У него и подруга была соответствующая. Пьяная, вечно брюхастая баба, круглоликая, циничная, грубая, и такая же грязная, как и ее обладатель...

А другое – то самое благородное, которое в итоге оказалось жертвой.

Это все люди из прекрасной Руси, это народ-богоносец, с песнями, шутками, с танцами, пляской, с верой глубокой. В 1914 году, наконец, тем, кому нужно было погубить Россию, мировому масонству, удалось втравить ее в войну. И стали гибнуть лучшие люди. И, когда они погибли, подняла голову та, пьяная, паршивая Русь, все отрицающая, над всем смеющаяся, и сорвала в несколько часов остатки красоты былой Руси, Руси царской, Руси императорской... И стала советская республика. Олицетворением ее стал Ленин. Вы видали его портреты! Ведь это тот самый пьяный мужик, вшами покрытый, грязный и никчемный, только вырядившийся в короткий пиджак и примаслившийся партийной ученостью...

НЕ ЗНАЮ, КОНЕЧНО, кто в реальности был больше покрыт вшами – Ленин или Краснов. Но сравните политику первого – с индустриализацией, ликбезом, социальной политикой и строительством электростанций - и влажные мечты второго. Где царь – чужой, страна – неграмотная, и полицейский надзор над каждым десятком человек. Зато сословия сохранены, да. Прибавим также, что в реальности чудес нет. И у чисто аграрной России просто не было бы шансов выжить. Однако нечто подобное тому, чего хотел Краснов, попытался создать в России (уже Советской) Гитлер. С возрождением церквей на оккупированных территориях, развалом промышленности, снижением уровня образования вплоть до четырёх классов и надзором полицаев. Выглядело это не очень красиво и замечательно, и русский (и не только русский) народ не оценил. Зато Краснов по мере сил активно поддерживал Гитлера. Но это уже другая история.

Такая трогательная простота! Настоящий приключенческий роман, не замутненный никакими современными приправами вроде магического реализма, психологического напряжения и даже старого доброго реализма в неумолимых подробностях. Нет, здесь – обстоятельные описания быта и природы в духе русской классики, кристально понятные и чистые характеры: благородный и основательный Иван Палыч, дикие и честные казаки, необузданная, восторженная и голодная до приключений Фанни, ветреный и гадкий Васенька – и, конечно, настоящие приключения. Скачки на диких лошадях, погони, разбойничьи нападения, вылазки в непостижимый, манящий и страшный Китай. И любовь, конечно, настоящая и чистая, как же без нее.

Я не очень люблю чисто приключенческую литературу, а все-таки в этом точно что-то есть. Что-то из детства, что-то с запахом свежего ветра, кружащее голову. Если хочется почитать что-то расслабляющее и несложное, вот неочевидный, но очень хороший вариант, и автор заслуживает большей популярности, как по мне.

И раз уж я книгу слушала, а не читала, добавлю в PS, что начитка очень хорошая. Без музыкального оформления, "олдскульный" низкий мужской голос с безупречной дикцией и умеренной эмоциональностью - слушать приятно независимо от содержания.