Воспоминания свидетеля жизни музыкально-театральной Москвы 1930-х годов
Юрий Елагин (1910-1987). Его отец в 1929 году был главным инженером на московской фабрике имея за плечами образование, полученное в Германии и Англии. Дед владел текстильной фабрикой в Богородске Отца арестовали, конечно, с такой-то биографией, Юрия вместе с ним "до кучи", но парня через три месяца выпустили (был ещё 1929 год, не 37-й), а отец сгинул в Сибири. Сын выучился на скрипача высокого уровня. На конкурсах выступать не мог из-за статуса "лишенец", играл в театральных оркестрах, симфонических и джазовых, часто в статусе первой скрипки. Войну встретил в Кисловодском симфоническом, попал в лагерь для перемещённых лиц, счастливо избежал выдачи в СССР и с 1947 года жил в Америке.
Такова канва биографии Юрия Елагина, с которой современный читатель вряд ли знаком. Теперь о книге. Читается удивительно хорошо, хотя вроде бы ничего особенного в ней нет. Может быть в этом "нет" и есть секрет:
- нет злобствования на советскую власть, так надломившую его биографию.
- нет и подстраивания под эту власть.
- нет ненависти к кому-нибудь из вспоминаемых фигур.
- автор в своих мемуарах предстаёт человеком со здоровой и устойчивой психикой, что помогало ему существовать в то время.
Когда Елагин жил в Америке круг его знакомств был достаточно высок: Аксёнов, Стоковский, Исаак Стерн, Юрий Любимов, Стравинский, и т.д. Особенно дружил с семьёй Ростроповичей.
В СССР-овский период (собственно о чём и есть воспоминания) интересные моменты связаны с Шостаковичем, Рубеном Симоновым, Алексеем Толстым, всякими чинушами от культуры, консерваторскими профессорами, жизнью Вахтанговского театра, сталинскими ночными концертами в Кремле. Вахтанговцы жили шикарно: зарплата, пайки, буфеты, квартиры, дачи, а самое главное - связи, связи, связи с нужными людьми. Написано не сухо.
Кому имена деятелей культуры, упоминаемых в книге, ни о чём не говорят, читать будет менее интересно. Ну это дело хозяйское.
4 понравилось
