Был какой-то смутный период в жизни, было грустно. Друг с работы, англичанин, дал мне почитать английский перевод "Гепарда". Погружение в поэтичный и изысканный слог великолепного романа отвлекло меня от проблем насущных и я навсегда влюбилась в автора, Джузеппе Томази ди Лампедуза.
Поэтому увидев эту маленькую книжечку в букинистическом, я купила даже не раскрыв и ни секунды не сомневаясь, предчувствуя, что несмотря на скромные размеры книга хранит много сокровищ.
Предчувствие меня не обмануло, все три части этой небольшой книги прекрасны, но по-порядку.
Часть первая - "The Places of My Infancy". Воспоминания.
Джузеппе Томази, 11-й князь ди Лампедуза, родился в Палермо, и как понятно из его титула, в семье благородной, известной и даже знаменитой в Сицилии. Уже незадолго до смерти, став знаменитым после выхода в свет единственного, но такого блестящего романа, Лампедуза написал эти прекрасные, поэтичные и такие добрые воспоминания о местах своего детства.
For me childhood is a lost paradise. Everyone was good to me - I was king of the home. .. So the reader must expect to be led meandering through a lost Earthly Paradise. If it bores him, I don't mind.
В предисловии к этим воспоминаниям Лампедуза очень хорошо говорит о потребности и необходимости мемуаров, вот его прекрасная формулировка:
When one reaches the decline of life it is imperative to try and gather together as many as possible of the sensations which have passed through our particular organism. Few can succeed in thus creating a masterpiece (Rousseau, Stendhal, Proust) but all should find it possible to preserve in some such way things which without this slight effort would be lost for ever.
https://www.sicilytourguides.net/palazzo-cuto.jpg">
И так красиво, так замечательно и так интересно о Санта Маргарите, которую Лампедуза так любил в детстве и которую воссоздал в вымышленной Доннафугате "Гепарда".
As can be seen, the house of Santa Margherita was a kind of eighteen-century Pompeii, all miraculously preserved intact; a rare thing always, but almost unique in Sicily which from poverty and neglect is the most destructive of countries.
A garden, I have said, full of surprises. But the whole of Santa Margherita was that, full of the gay unexpected.
Часть вторая. "The Professor and the Siren" (Lighea). Рассказ.
Молодой, способный, и ищущий свой путь в жизни герой встречает блестящую, но довольно странную личность - известного, но отошедшего от дел политика, профессора. На фоне зарождающего фашизма в Италии, между замкнутым профессором и довольно распутным и безалаберным молодым человеком возникает почти что дружба, по крайней мере они довольно много времени проводят в разговорах и полурассказы-полунамеки профессора все больше и больше увлекают и одновременно шокируют нашего героя.
It took nearly a month for us to move on from his always highly original but general comments to the indiscretions which alone make conversations between friends differ from those between acquaintances.
История любви профессора и прекрасной русалки, сирены, лигеи. Как сказал один из моих самых любимых писателей, Эдвард Морган Форстер, в предисловии к этому сборнику Лампедузы, "я тоже написал рассказ о профессоре и сирене, но Лампедуза сделал это раньше и лучше". От себя добавлю - Лампедуза сделал это прекрасно.
He examined my few books. 'Good, good. Maybe you're less ignorant than you seem. This man here', he added, taking up my Shakespeare, 'this man here did understand something. "A sea change into something rich and strange. What potions have I drunk of Siren tears?"
Часть третья. "The Blind Kittens". Первая глава неоконченного романа.
Как обидно, что Лампедуза не успел закончить этот роман, потому что судя по этой главе, вполне мог получиться шедевр на уровне "Гепарда". Так обидно, и так восхитительно было читать этот замечательный отрывок, всего лишь небольшой кусочек очевидно большого замысла, но уже несущий в себе прекрасную завязку, невероятно интересные интриги, прекрасные описания характеров и интереснейших типажей, изумительный слог, тонкий юмор и глубокий ум Лампедузы.
This time Santa Giulia really had caused a sensation: everyone sat listening to him open-mouthed. Not that he was believed, but they found this fantasy a highly poetic one, and each longed to have Ibba's millions so that other could invent similar splendid nonsense about himself.
Я наслаждалась каждой строчкой, и может быть когда-нибудь кто-нибудь подватит увлекательный сюжет, кто знает.
Don Batassano was satisfied but also irritated, two states of mind often co-existing in him.
41 понравилось
