Солнце мертвых

Да-а-а, друзья мои, чтобы писать отзыв на такую книгу, надо духом собраться не в меньшей степени, чем если бы это были "Война и мир" или "Мастер и Маргарита".

Книга пронзительная, острая, ранящая. Больно. Очень больно. Может быть, так же бывает больно, когда тебя вживую режут? Не знаю, не резали. Но больно.

А ведь сначала не нравилось, и я думал - не прекратить ли? Трудно дается содержание, являющееся ни чем иным, как потоком сознания, потоком мысли. Мы думаем именно так - словами и отрывистыми мыслями, и образами. Наша речь никогда не напоминает законченную речь оратора. А если напоминает, значит пора к врачу. Вот и тут мысли, мысли, мысли... больно...

Никогда ничего не читал столь убедительного про голод. Никогда не испытывал тошноту при чтении... нет, испытывал. Когда читал "Жизнь с идиотом". Но там от омерзения. А тут - от натурализма.

Вот и самому бы не сблевать.... простите сказать.

И как не спросить - Господи, почему ты это всё терпел?

И не могу понять - как, почему люди так осатанели? Эти матросы, эти большевики. Где тут эволюция, если наоборот - назад к обезьянам?

Поэма о прекрасном былом и чудовищном настоящем. Что касается будущего, то его по Шмелеву нет вообще. В чем-то он, определенно, был прав. Оценивать "Солнце мертвых" только с литературной точки зрения невозможно, хотя оно в этом плане практически идеально. Но куда деваться от привязки к послереволюционным событиям в России, от нашего проклятого прошлого. Тем паче нам, потомкам восторжествовавших комиссаров, забившихся по норам обывателей, тянувшим руки на комсомольских собраниях лицемеров. Шмелева роднят, тем не менее, с каждым читателем вещи обыденные, вещи в стандартной реальности малозначимые, но в данной ситуации приобретающие ужасающее значение. О них он и пишет.

Его "Солнце мертвых", как огромный грязевой ком, набирает силу от рассказа к рассказу, его невозможно остановить, от него невозможно оторваться, он сметает все на своем пути. Нужно сказать, что чисто информативно и технически для себя ничего нового и не узнаешь. О беспределе Советской власти давно все известно, он никуда и не делся, мы до сих пор его наблюдаем каждый день. Шмелев преподносит все это в очень певучем и скомпонованном варианте, что дает какой-то совершенно новый, бьющий по мозгам эффект. Первые рассказы даются с трудом, но, если пережить некоторое собственное неудовольствие, то в дальнейшее не обманет ожиданий.

Очень неоднозначные впечатления остались после прочтения книги. Очень сложно сказать, что она понравилась. Книга трагична. В аннотации к аудиварианту ещё добавлено определение – «поэтичная». Да, не могла себе представить себе эти два прилагательных вместе. Как оказалось, всё так и есть. Ирине Ерисановой также удалось внести ноту авторского исполнения, и это было идеальное сочетание.
Красный террор пронёсся по Крыму. Период «Красного безумия». Убирали всех неуместных. Страшный голод охватил территорию. Умирали все и всё, ощущение безысходности и безнадёжности. Расправа над людьми бесчеловечна. Горько и больно.
Павлин Павка тоже хочет кушать, и так сядет, и тут пройдёт… Нечем накормить тебя Павка… То, что с ним случилось, тоже страшно. Жалко Павку не меньше, чем любого человека.
Это не жизнь, а жалкое существование…

В советское время историю гражданской войны и революции преподносили с одних позиций, превознося собственные успехи и замалчивая жестокость, с которой устанавливалась новая власть, оставляя все негодование, зверство и отчаяние для тех, кто проиграл ту битву за Россию и Родину. Одним словом, обеляя одних, очерняя других, однобоко и в черно-белых тонах.

Спустя почти век и новые знания о тех кровавых и драматических событиях в истории огромной страны, когда в пылу битв, смертоубийства и беспощадной борьбы без жалости и упрека катился по территории государства кровавый вал красного и белого террора и братоубийственной войны, все равно одинаково трудно читать книгу Ивана Шмелева.

Здесь рассказывается о тех днях, когда события докатились до Крыма, который еще оставался в руках белых, но дни этого были сочтены и исход по большому счету предрешен. Как опускались до невыносимой жестокости люди, как день за днем творимое зло становилось все беспощаднее, как казалось, что этому не будет ни конца, ни края и может ли человек после всего, что сотворил он на этой земле называться им и гордо смотреть в глаза потомкам.

Несмотря на кажущуюся выспренность моих слов, все это так. Книга ранит, солнце палит и нещадно жжет всех, кто еще остался на той земле, а вместе с ними и нам выжигает на долгую память зарубку о том, чтобы помнили, чтобы знали, как это страшно, когда брат на брата, когда голод там, где еды всегда было море , когда у власти злые и оборванные и нет ничего святого, как и защиты просить не кого, и надеяться не на что.

Как удалось автору, описывая всю жестокость и беспощадность тех событий, но язык произведения у него очень замечательный. Читая, перед мысленным взором проносятся все описываемые события, ты словно там, все видишь и чувствуешь ту горечь и неизбывность, печаль и горе людское, нескончаемое . Здесь каждая история, каждый фрагмент часть общей потери и национальной трагедии в целом.

Пожалуй, я слишком многого ждала от книги, поэтому немного разочарована. В ней описывается очень тяжёлое время, голод, смерть, расстрелы, становление советской власти, безжалостное и бессмысленное, на крови и без хлеба.
Описывается эмоционально, глубоко, поэтично, с метафорами, душевное превалирует над пищеварительным.
Раза три за весь текст показывалась честная злость, но так и не выплыла наружу полностью. Шмелёв остается в коконе своих религиозных и культурных зажимов. Вроде бы противопоставляя человеческому, интеллигентному, в себе - животное начало в красной матросне.

Вши потому и побеждают, в них бунт есть, агрессия. По-моему, духовный Шмелёв не видит, что здоровая агрессия - часть человеческого. И без неё не справиться.

Очень долго текст был жалостливо беспомощный, больной, страдающий, поэтически-мутный, голод, страх, дрожащая прозрачная человечность на пороге смерти. И вот наконец-то прорвалась что-то похожее на злость:

Дальше будут еще точные слова обвинения и равнодушным, и расстреливающим, и тем, кто боится до подлости. Но агрессия так и не вспенится на губах. Ведь, по Шмелёву, это признак бэлакуновцев. Интеллигентный человек хоронит своих мертвецов. Поэтому курочка, отнятая у ястреба, упокоится под надгробным камнем, а не станет бульоном. Там дети умирают, а ты курицу хоронишь. Друг она тебе. Сплошная человечность, ничего звериного. Да точно ли?..

Я так понимаю, что писатель настаивает на том, что противостоять вот этому кошмару можно только в духе Иисуса - непротивлением, подставлением другой щеки, принятием жребия, доживанием вместо выживания любым способом. Будет на то воля господня, так спасется человек, а нет - не трепыхайся, впитывай красоту окружающего мира.

А красота жива, несмотря на войны. Против красоты идёт красная чума, ломает, вырывает, сравнивает. А она жива всё равно. Красота спасёт мир? Не-а. Если тебя убивают, это должно злить - нормальная реакция психики. Красота поможет залечить раны, когда тебя убивать перестанут. Поэтому на все поэтические голодные размышления героя этой книги думалось только одно - разозлись!

Понимаю смысл романа, хороший смысл, согласна со многими оценками, актуальные мысли имеются. Но стиль дико тяжёлый, столько надлома и эмоций, теряется нить, получается какая-то каша вместо точного, злого, наблюдательного взгляда. Это мне в тексте Шмелева очень мешает. Там, где много божественного, исчезает человек.

Кстати, божественное и религиозное у автора не такое уж православное, как я опасалась. Я бы даже сказала, у него языческое представление о боге. Как о солнце. Красоте природы. О жизни, таящейся в виноградной косточке. Будет интересно познакомиться с развитием его воззрений на эту тему в других произведениях.

Тяжелый, сложный, гениальный роман Шмелёва. Можно много о нём рассказывать. Конечно мне взрослому человеку и до романа Шмелёва было известно о многих жутких фактах, происходивших в Крыму. Но самое страшное, на мой взгляд, с чем очень тяжело жить и примириться и постоянно вспоминалось, когда читал эту книгу, этот тот факт, что основные организаторы террора, массовых убийств и расстрела местных жителей Крыма и русских солдат и офицеров Розалия Землячка и Бела Кун до сих пор в моём родном городе Москва ходят и считаются героями. Обоим этим т.н. "героям" посвящены памятные доски, которые размещены на домах в самом центре Москвы, где они работали. Особо потрясает факт доски Розалии Землячки. Она находится на улице (Пятницкая) и доме, которые совсем недавно и дом и улицы были отреставрированы и с большим шиком московскими городскими властями открыты после реставрация. Факты преступной деятельности Землячки никак не смутили мэра и памятная доска сохранилась на прежнем месте. Землячка также "удостоилась" чести быть захороненной на самом престижном кладбище России - в могильнике на Красной площади.
Пока кровавые преступники и маньяки считаются героями страны и память о них размещена на самых видных местах города, Солнце мёртвых может долго и очень долго не заходить над нашей Родиной.

Очень давно не писал рецензии на ЛЛ и считаю символическим возвращение через книгу Шмелева. Год был сложный, чем то напоминающий гротескную атмосферу в романе. Приступал к чтению через призму отзывов (было интересно понять, чем он ТАК не нравится читателям) и альбома Славы КПСС “Солнце мертвых”. Из предисловия узнаем, что роман написан белым эмигрантом, испытавшим жуткое горе и боль при потере сына в советском союзе – его расстреляли. Питаясь этой болью и депрессивным состоянием Шмелев пишет свою эпопею, передавая последний патриархальный и досоветский быт нашей Родины. Никогда не читал романы от белых эмигрантов, но хочу сказать, что это получилось очень хорошо. Обязательно обращусь к нашей белой эмиграции в будущем.
Роман является потоком сознания неизвестного рассказчика о событиях в камерном пространстве, а именно в Крыму. События пытаются вести нас через призму восприятия рассказчика, его сознания, которое потихоньку катится в полный хаос и двойственность. Эта атмосфера и слог, чем то отдаленно напоминающий Кафку с его “ Замком ”, “ Процесс ” мне очень понравился. Тем более, читать о событиях нашей Гражданской войны от лица тех, кого будут раскулачивать достаточно необычно.
Книга поделена на грубо говоря, рассказы, в них к нашему герою приходят другие персонажи делающееся историями из своей жизни или слухами, о сложившемся положении. К сожалению, все они приближают героя к отчаянной точке, где черное солнце, полностью возымеет вверх.
Не скажу, что книга страшная, ужасная или трогательная, больше правдивая и реальная. События, что здесь описываются возможно гиперболизируются через нелюбовь автора к большевикам, но большая часть тогдашняя реальность. Это единственное, что пытается держать нас в сознании героя, хоть после некоторых до финальных точек ты не понимаешь, насколько в “здесь” наш рассказчик.
Произведение прошло без каких либо эмоций, оно твердо хорошо, показало новую сторону той трагедии, что произошла с нашей страной. Показало новый слог в русской литературе, достаточно интересный, чтобы знакомиться с ним дальше. Если в целом говорить о произведениях про гражданскую войну и тогдашнее время, то я могу сказать, что более сильным для меня будет “ Доктор Живаго ” Пастернака, более персонализированное и проходящее через все, что было в тех событиях. Так же историческая книга о миссии ARA “ Российская миссия ”, о движении Америки, которая помогала нам в трудное время тогда.

Боль и смерть, непрекращающиеся страх и страдания, дни которые тянутся вечно, мысли и сны, сводящие с ума, голод и кровопролитие, братоубийство, и никакого просвета впереди – одна безнадега… Теплится жизнь, превратившаяся в лохмотья, не подлежащие починке… И нет надежды, нет утешения, только лента Мёбиуса, с которой невозможно сойти… Такая знакомая реальность гражданской войны…

Эпопея подобна половодью чувств, отраженному на бумаге. Страшная, тяжелая, мучительная книга об омертвении души, происходящем от безысходности, о расчеловечивании. Потрясающая книга, написанная слезами…

Как все-таки по-разному люди воспринимают литературу! В моих бесконечных попытках найти что-то сравнимое по градусу офигенности с Масодовым я набрел и на эту книжку, которую подавали под соусом, что, мол, Масодов-то сосунок, а вот у Шмелева реальная чернуха, мрак и разложение!

В итоге я дочитал этот нудный поток сознания про голодную лошадь, голодного павлина, голодного мужика и злых красноармейцев до середины (причем, текст совсем не объемный) и забросил. Продраться дальше через этот текст не смог. Ни намека на поэтику - унылый репетативный скулёж о солнце и голоде за таковую не считается. Ни намека на чернуху - слабоумные экивоки а-ля "Как жаль, что немногие поймут!.. Красноармейцы-то... Эх... А ведь могли бы... Мда... Что уж теперь..." не канают за чернуху. На двух страницах десять раз по кругу читаешь про эту долбаную лошадь и павлина, в итоге глава заканчивается и ты пытаешься понять, на что же ты потратил несколько мучительных минут своей жизни, что хотел донести автор?

Впрочем, узнавать ответ на этот вопрос совсем не хочется.