Статьи о кокаине

Я умею выбирать книги для чтения в дороге. Название "Статьи о кокаине" и вдумчиво-осуждающий взгляд Профессора на обложке не могли не сделать свое дело. Бабушки недоверчиво косились на меня в вагонах поезда метро, явно намереваясь чуть что искать полиционеров, дабы сдать меня на руки за такое чтение. Пара мужчин увлеченно через плечо читали анализ восприимчивости к коке и кокаину и изучали приложенные таблички. Во взглядах ванильных девочек невольно читалось презрение и непонимание. Мол, смотри, я вот читаю Пятьдесят оттенков свободы , а ты не в тренде. Больший фурор произвели в свое время разве что Третий рейх и Банды Нью-Йорка .

Если по существу, то это небольшой сборник работ Фрейда раннего, Фрейда юного, он еще не стал гуру и не нашел себя в области психоанализа и поэтому открыт для любых горизонтов. В том числе оказалось, что это тема коки и ее алкалоида - кокаина, а так же вопросов сферы применения этих препаратов. Никакой Америки эта книга не откроет, но в части "это интересно" порадует. Например, нам расскажут, что во-первых, не только своими трудами о бессознательном дядя Зизя един, во-вторых, что вот были времена, когда активно пропагандировали кокаин как тонизирующее средство (тут я красиво делала круглые глаза) и средство борьбы против алкоголизма и морфинизма (как говорится, клин клином...). Что были времена, когда все неизведанное манило куда больше, чем сейчас, что метод проб и ошибок - это порой все, что остается. Ну и что Фрейд сам сидел на кокаине, но потом легко сошел с дистанции. Как оказалось, дозировка решает. Не самое занимательное чтение на свете, но что познавательное, так это точно.

Я не искала этого открытия. Просто однажды вечером я прочитала статьи Зигмунда Фрейда о кокаине. Казалось бы, знаменитый основатель психоанализа, отец теории бессознательного, тот, кто позже подарит миру карту наших снов и неврозов — вдруг оказывается молодым врачом, увлечённым… веществом. И не просто увлечённым, а пылким его защитником.

Это было не похоже на научный трактат. Это читалось как исповедь, как попытка человека сделать добро — и при этом прикоснуться к грани. Я почувствовала, что Фрейд в этих текстах вовсе не отец строгого психоанализа. Он — живой, ищущий, немного наивный, глубоко человечный. И вот из этого моего впечатления родился такой внутренний образ — будто сам Фрейд, уже много лет спустя, вспоминает этот период своей жизни и тихо рассказывает о нём.

«Из дневника того, кто искал лекарство от боли»

Я был ещё не тем Фрейдом, которого вы теперь цитируете. Я был молодым клиницистом, в белом халате, который больше пах хлоркой, чем славой. Вокруг — эпоха, в которой боль была повседневностью, морфий — спасением, а слово «психика» ещё не стало словарём терапевтов.

Тогда я познакомился с кокаином. Это выглядело как встреча с прорывом. В небольшой дозе — бодрость, радость, исчезновение усталости. Разве я мог не увлечься? Я видел, как это помогает пациентам. Я верил, что нашёл ключ — если не к счастью, то хотя бы к облегчению.

Я писал статью за статьёй. Отстаивал. Исследовал. Рекомендовал. И не заметил, как между лекарством и зависимостью стерлась грань. Мой близкий друг стал первым, чью душу это разрушило. Это был удар. Не медицинский — личный. И впервые я увидел: самая искренняя вера в добро не всегда спасает от фатальной ошибки.

Мне часто упрекают этими текстами. Говорят — вот, Фрейд, как же ты мог. Но я оставляю их — не как оправдание, а как напоминание: даже тот, кто станет символом проникновения в глубины человеческой психики, тоже был человеком. И имел право ошибаться.

Я искал не наркотик. Я искал способ жить, когда больно. Искал способ не погружаться в мрак депрессии. Я верил, что наука способна исцелять. И, может быть, эта вера — даже несмотря на все последствия — не была напрасной.