Избранные произведения

…ветер, по петербургскому обычаю, дул на него со всех четырех сторон, из всех переулков.

Господи боже! Какое необъятное расстояние между знанием света и умением пользоваться этим знанием!

Но на свете нет ничего долговременного, а потому и радость в следующую минуту за первою уже не так жива; в третью минуту и наконец незаметно сливается с обыкновенным положением души, как на воде круг, рожденный падением камешка, наконец сливается с гладкою поверхностью.

Есть люди, имеющие страстишку нагадить ближнему, иногда вовсе без всякой причины.

Не тот еще добрый воин,кто не потерял духа в важном деле, а тот добрый воин, кто и на безделье не соскучит, кто все вытерпит, и хоть ты ему что хочь, а он все-таки поставит на своем.

Ну, в ином случае много ума хуже, чем бы его совсем не было.

Коли человек влюбится, то он равно что подошва, которую, коли размочишь в воде, возьми согни — она и согнётся.

Но позвольте заметить: я в некотором роде... я замужем.

Часто сквозь видимый миру смех льются невидимые миру слёзы.

Вий — есть колоссальное создание простонародного воображения. Таким именем называется у малороссиян начальник гномов, у которого веки на глазах идут до самой земли. Вся эта повесть есть народное предание. Я не хотел ни в чем изменить его и рассказываю почти в такой же простоте, как слышал.

Все мы имеем маленькую слабость немножко пощадить себя, а постараемся лучше приискать какого-нибудь ближнего, на ком бы выместить свою досаду, например на слуге, на чиновнике, нам подведомственном, который в пору подвернулся, на жене или, наконец, на стуле, который швырнется черт знает куда, к самым дверям, так что отлетит от него ручка и спинка: пусть, мол, его знает, что такое гнев.

Да, таков уже неизъяснимый закон судеб: умный человек — или пьяница, или рожу такую состроит, что хоть святых выноси.

Выражается сильно российский народ! И если наградит кого словцом, то пойдёт оно ему и в род в потомство.

"На зеркало неча пенять, коли рожа крива".

«Но неизвестно будущее, и стоит оно пред человеком, подобно осеннему туману, поднявшемуся из болот. Безумно летают в нем вверх и вниз, черкая крыльями, птицы, не распознавая в очи друг друга, голубка - не видя ястреба, ястреб - не видя голубки, и никто не знает, как далеко летает он от своей погибели.»

«Терпи, казак, — атаман будешь!»

«Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?»

Господи, боже мой, за что такая напасть на нас, грешных! и так много всякой дряни на свете, а ты еще и жинок наплодил!

Я куривал сигарочки по двадцати пяти рублей сотенка, просто ручки потом себе поцелуешь, как выкуришь.