Цитаты из книги Черновик

Вот так всегда в жизни - твои проблемы доставляют развлечения даже самым лучшим друзьям!

Есть своё очарование в безрассудности.

Я в своей функции. Я при исполнении. Меня так просто не убьешь. Не знаю, как все это работает, но если раны заживают бесследно, то заживет и эта рана.

Я читал несколько книжек, где авторы доказывают, будто человек способен на все. Помести его в соответствующую обстановку – так он будет и говно жрать, и горла грызть. Некоторые очень убедительно это доказывают. Только мне все равно кажется, что такие книжки доказывают лишь одно: именно этот человек готов и жрать, и рвать. Иначе все неправильно. Иначе все зря.

Поэтому я всегда любил плохие книжки. Те, в которых говорится, что человек даже лучше, чем он сам о себе думает.

Кино — это чтение для нищих духом.

— …Так у вас тоже башня? — Почему тоже? — Вы бы знали, — вставая, произнесла Роза, — как предсказуема мужская фантазия. Половина мастеров предпочитают жить в башнях.

Больше всего на свете я не люблю два вида домашней работы – это мыть полы и гладить одежду.

Она была напугана до полусмерти. До трех четвертей смерти, до девяти десятых.

Было и прошло, расстались и попрощались, не очень-то сложилось и не очень-то хотелось…

— Невозможно прыгнуть на нож так, чтобы зарезаться! — подозрительно сказал Котя. — А ты пробовал?

Волшебных палочек нет. Кончились. В детстве я очень любил читать. Сейчас как-то меньше... ну, детектив иногда, фантастику, что-нибудь модное... А в детстве любил. Родители приучили. Сказки, фантастику... Так что в волшебные палочки я тоже верю.

- Но ты мне не верь, потому что верить никому нельзя. - Как говорил старина Мюллер в «Семнадцати мгновениях весны», - не удержался я, - «верить нельзя никому, мне - можно». - Мюллеру, если хочешь, можешь верить. - Дима кивнул. - Мертвым можно верить.

Враги становятся друзьями куда реже, чем друзья - врагами. Это закон природы. Все на свете стремится от сложного к простому. <...> Человеку свойственно противостоять разрушению. Сам смысл человеческого существования состоит в этой вечной, яростной борьбе, которую невозможно выиграть - но в которой нельзя и уступить. И все-таки очень трудно - стать другом для бывшего врага. Ещё труднее самому считать его другом.

Я вдруг представил себе все те маленькие эгоистичные радости, которые можно получить от двери в будущее. Пускай я могу лечить болезни у функционалов, а радостям гастрономическим предаваться у Феликса. Но никто из них не напишет романа за Умберто Эко, не снимет фильм за Спилберга, не сочинит песню за Арбенина, не выпустит третий «Фоллаут».

Странные встречи иногда происходят безо всяких чудес.

- Слушай дальше, - сказал я. - На этом чудеса кончились. - После ментов, которые тебя отпустили, больших чудес случится не может, - скептически произнес Котя.

Правда - она все равно дырочку найдет.

Нет, что-то первобытное в отношениях мужчины и женщины осталось до сих пор. Стоит только подраться из-за женщины...

Почему молодость всегда так глупа и необузданна?