Цитаты из книги Клоун Шалимар

Мир не исчезает, он безжалостно продолжает существовать. В момент несчастья ты недоумеваешь, как это возможно.

Для меня мужчины всегда были как туфли. В моей жизни их было двое и оба сносились. А после я, можно сказать, приспособилась ходить босая.

Любовь никогда не приходит с той стороны, откуда ты ее ждёшь, — она подкрадётся к тебе сзади на мягких лапах и саданёт тебя по башке, словно булыжником.

— Никак не возьму в толк, чем женское лицо может оскорбить религиозное чувство мусульманина? — вопросила она.
— У этих дебилов все завязано — извини, маедж, — на сексе. Они считают научным фактом, что от волос женщины идут токи, которые провоцируют мужчину на сексуальное насилие; они думают, что от трения женских ног друг о друга — даже если они до пят прикрыты — возникает особый сексуальный жар, который через ее взгляд передается мужчине и будит в нем низменные инстинкты.

"Нельзя знать заранее, как ты относишься к вопросам жизни и смерти, пока время не вынуждает тебя на них отвечать".

Она не одобряла религию — и это лишний раз подтверждало, что имя Индия ей абсолютно не подходит. Религия — чушь полная, полагала она, и тем не менее рожденные ею предания странным образом трогали ее, и это ставило ее в тупик. А ее умершая мать? Проливала бы она слезы, узнав о ее безбожии?

"Свобода, Индия, это тебе не чаепитие с пирожными. Свобода - это бой".

Человек не знает ответов на вопросы, которые жизнь ему ещё не задала.

"Он торговал будущим - единственной валютой, более прочной, чем доллар".

Наивысшая цель человека, — это жить в миру, но не жить его страстями; высочайшее благо — погасить пламя, сжигающее тебя, и жить в состоянии полного бесстрастия…

Смерть жестока еще и тем, что отбирает у нас детей, крадет мужчин и женщин в расцвете сил, но не спешит к старику, хотя он каждый божий день просит её прийти.

Ну конечно! Мужчины – животные, но за это почему-то должны расплачиваться мы, женщины, - старая история!

На каждого О’Дайера всегда найдется свой Шахабуддин Сингх, и любого Троцкого ожидает свой Меркадор.

Свобода, это тебе не чаепитие с пирожными. Свобода - это бой.

Лишь человек способен, понимая, что такое добро, творить тем не менее зло.

Честь - она превыше всего: превыше святости брачных обетов; превыше запретов неба на хладнокровное убийство; она выше милосердия, выше представлений о культуре, дороже самой жизни.

"Цивилизация не признает границ", - внушал ему Макс-старший. Правда, когда волной варварства накрыло Европу, то обнаружилось, что и варварство тоже границ не знает.