Записки на манжетах. Записки покойника

Я вообще человек странный и людей немного боюсь.

«Нужно было прежде всего жить, а для этого нужно было деньги зарабатывать.»

Мне очень хотелось бы, чтоб государство платило мне жалование, чтобы я ничего не делал, а лежал бы на полу у себя в комнате и сочинял бы роман.

Авторам он заплатил. Часть деньгами, часть шпротами.

Помнится, мне очень хотелось передать, как хорошо, когда дома тепло, часы, бьющие башенным боем в столовой, согнут дрему в постели, книги и мороз.

Я – писавший лозунги – не имел ничего общего с тем мною, который принимал и критиковал лозунги.

А я боюсь сойти. и так дурацки: чувствую, что тут крупное недоразумение. Ведь не я писал «Войну и мир».
А между тем здесь сижу. И сама Софья Андреевна идет вверх по деревянной лестнице и говорит:
— Иди. Вегетарианский обед.
И вдруг я рассердился.
— Что? Вегетарианство? Послать за мясом! Битки сделать. Рюмку водки.

- Альеша! Погляди, какой медведь, - искусственно восторгалась Амалия Ивановна, - якоби живой!

После невероятных приключений (хотя впрочем, почему невероятных? - кто же не переживал невероятных приключений во время гражданской войны?)...

Самоубийство, прерванное на самом интересном месте...