– Тогда скажи мне: если самоубийство не грех, то что это?
– А как ты его совершишь?
– Как я его совершу? Никак.
– Почему нет? Ты не считаешь, что мы живем в ужасном мире с ужасными событиями и ужасными людьми?
– Наверное. Но я на самом деле не знаю. Я практически не видел этот мир.
– Хотя ты о нем знаешь. Не юли и не уходи от ответа. Ты знаешь, что происходит в мире. Ты хочешь, чтобы ребенок пришел в этот мир?
– Нет. Точно нет.
– Ты сам – ребенок. Так что ты здесь делаешь?
– Если бы у меня был выбор, то, думаю, я предпочел бы не рождаться, но теперь, раз уж я здесь, то вполне могу посмотреть, как все обернется.
– Значит, ты не станешь искать легкий выход? Ты его не выберешь?
– Не в эту минуту. Нет. Я имею в виду, что это можно сделать в любое время, так почему бы не подождать?
– Значит, ты всегда будешь ждать.
– Может быть, – сказал я.
– Ты такой практичный, – заметила Анна. – Мне это в тебе нравится. На самом деле.
– Твоя очередь, – сказал я.
– Моя очередь?
– Да. Так что ты собираешься сделать?
– Я не знаю. Я честно не знаю. Иногда я думаю, что могла бы со всем этим покончить, но для этого нужна сила, или большая смелость, потому что ты не знаешь, что произойдет. Фрэнк О’Хара* говорил, что хотел бы иметь силу, чтобы совершить самоубийство, но если бы был настолько силен, то ему, вероятно, не требовалось бы себя убивать.
– И что с ним случилось?
– Он попал под машину – под такси на пляже острова Огненная Земля. Я раздумываю, если бы он знал, что в любом случае умрет молодым, изменило ли это хоть что-нибудь?
– Как, например?
– Если бы ты знал, что умрешь под колесами машины, стал бы ты кончать жизнь самоубийством, на твоих собственных условиях, – или стал бы ждать машину?
– Я не уверен, что это имеет значение.
– Я тоже не уверена, – сказала она. – Наверное, поэтому ты и не знаешь. Пока не заболеешь раком или какой-то другой неизлечимой болезнью, это тайна. Поэтому вполне можно остаться и посмотреть, как все получится, вместо того, чтобы прыгать на последнюю страницу и все портить.