Три пятнадцать

Сбежавшая жена оставляет совершенно особую тишину, которую другой женщине не разбавить.

Мир страшный, он меняется так быстро, что хорошее упускать нельзя.

Люди гибнут... Они выпадают из мира, уходят на дно, тонут. Порой никакая любовь, ничто не спасает.

– Джинни, мне нужно многое тебе сказать, но к делам это совершенно не относится. Ты же прекрасно понимаешь! Что ж я еще сейчас могу сказать?
Ну, что-нибудь вроде: «Зачем дышать, если ты так близко, а я не могу к тебе прикоснуться? Давай сядем в мою машину, запремся и наплюем на приличия. Если Ричардсоны портят тебе жизнь, то я ка-ак надаю им кулачищами своими полицейскими, чтоб сразу прекратили». Такое начало мне очень понравилось бы, но Лоренсу ничего подобного в голову не приходило

По мне, может, Реймонд Нотвуд – никак не предмет обожания, но, факт, по Мози этот пацан полыхал синим пламенем – поразительно, что прическу себе еще не подпалил.

На обочине шатался алкаш со злыми глазами. Роджер пялился на него, как турист в Йеллоустонском заповеднике на медведя, – изумленный и очарованный, он был готов бросить дикому зверю колбаску или зефиринку, не подозревая, что угощение сожрут вместе с его рукой.

Возникла пауза. Она продолжалась, продолжалась и правильно делала, что продолжалась.

Жареные яйца смотрели на меня золотыми глазищами желтков. Недобро так смотрели.

Подростки вообще такие. Любая старшеклассница забудет даже о ядерном апокалипсисе, если пристально взглянуть ей на подбородок и спросить, не прыщ ли там зреет.

От жуткого «здесь» не скрыться и не убежать никуда, кроме следующей секунды жуткого-жуткого «сейчас».

В самые мрачные дни, когда от усталости мне хотелось лечь на проезжую часть и молиться о ниспослании потока машин поплотнее, я забывала, что этот упрямый ребенок – мой.

Нужно стремиться еще к одному слову, еще к одному шагу, нужно работать и стараться, пока есть силы, пока страшный мир в очередной раз не изменится, пока луна не вызовет очередной прилив, пока вода не поднимется и не заберет тебя.

– Мы с Роджером спасли его из собачьего ада и свозили к ветеринару. У Пого были клещи, надо было сделать прививки и все такое. После твоего отъезда мы забрали его из клиники и хотели вымыть, пока ты не вернулась. Ну, чтобы он тебе понравился.
Я вытаращилась: для этого понадобится больше, чем мытье. Куда больше – несколько пластических операций и чудо.