Оказавшись на вершине очень трудно сохранять равновесие и удержаться на пике. Но каких неимоверных усилий стоит сам путь к этой вершине? Особенно, если ты начинаешь его даже не с нуля, а с минуса, с самого дна. В мировой истории немного личностей, столь завораживающих своей невозможностью и неповторимостью, как Феодора.
Император Юстиниан вошёл в историю с определением Великий, она же приписывает именно ему все великие достижения начала настоящего расцвета Восточной Римской Империи, величая его завоевателем Северной Африки, Сицилии, Италии, части Испании.
Беда в том, что для великого завоевателя и грозного правителя Юстиниан был слишком аморфным и мягкотелым, лишенным азарта и куража. Не укладываются ни в какие каноны и представления о дерзком и бесстрашном самодержце его поразительное малодушие, беспомощность и попросту трусость, проявленные им во время народного мятежа «Ника». В момент этого страшного и поистине судьбоносного испытания для всей Империи Юстиниан не оказался доминантной личностью с присущими ей решимостью и волей. Это был не всемогущий правитель великой Империи, а обычный человек — робкий, испуганный и растерявшийся, и вызванные беснующейся толпой унижение и страх парализовали жалкие остатки его шаткой воли. Единственный выход он видел в бесконечных молитвах и бдениях. Лишённый хоть какой-то доблести он не позволил и тем, кто ею обладал, применить ее на деле, пока беспорядки ещё не вышли из под контроля. Но драгоценное время было упущено и обезумевшая толпа начала громить Город.
Озверевшая дикая толпа, потерявшая всякий человеческий облик, неизменно почему-то действует по вечному и всегда повторяющемуся алгоритму. Первый объект её мести всегда источники знаний и культуры, связываемые ею с высшими классами, угнетающими её. Так и в этом случае прежде всего мятежники взломали двери в книгохранилище , и охваченные манией разрушения, безжалостно рвали и топтали ногами пергаментные и папирусные свитки с творениями поэтов, историков и философов Греции, Рима, Египта и Персии, предавая всепожирающему огню сокровища мировой мысли. Всех их объединял звериный оскал ненависти. Когда дело доходит до сжигания книг, всегда вспоминаются пророческие стихи великого Гейне: «Там, где сжигают книги, в конце сжигают также и людей».
В связи с восстанием «Ника» раскрывается во всей своей отталкивающей мерзости второе лицо Империи Иоанн Каппадокиец. Человек сомнительного прошлого, грамотный, но необразованный, хитрый, хваткий, нечистый на руку и начисто лишённый нравственных и моральных принципов. Каппадокиец был самым тяжким из немногих поражений Феодоры. Она не смогла победить Необъяснимую, неестественную, почти мистическую и болезненную привязанность, а может даже зависимость Юстиниана, почитавшего образование и предпочитавшего тишь библиотек шуму толпы и улиц, к этому лишенному всякой харизмы и чести хапуге, слишком часто путавшего имперскую казну со своей. Грея руки на воровстве и спекуляциях, этот государственный муж надеялся сосредоточить в своих грязных руках всю власть над Империей через слабых марионеток, в глубине души лелея мечту самому занять императорское кресло. Это его жестокий и убийственный разум вдохновил мятеж, стихийное бедствие, принесшее столько человеческих жертв, убытков и несчастья. Но когда людская ненависть стала неуправляемой и обратилась против него самого, он понял, что теперь уже ему лично угрожает совершенно реальная опасность и надо спасать свою собственную жизнь, то оглянувшись на горящее книгохранилище, он не почувствовал никакого сожаления. Безвозвратная потеря человеческого разума не произвела на него особого впечатления. Сам неуч, он не видел никакого проку в учении.
Самому Юстиниану не хватало рещимости и энергии, чтобы стать великим императором и грандиозные деяния ему были не по плечу. Но ему очень повезло с приближенными. Ему служил один из величайших полководцев мира — Велизарий , которого по его военным заслугам и доблести можно было бы сравнить разве что с такими гениями военного искусства как Ганнибал, Юлий Цезарь, Наполеон . Но вот самому Велизарию, увы, не повезло. Несмотря на безусловную и безоговорочную преданность Юстиниану, выдающиеся военные победы и завоевания, расширившие границы Империи, он видел от своего правителя лишь унижение и пренебрежение. Именно Велизарий сумел подавить бунт с горсткой верных ему солдат, а потом завоевал для Юстиниана Северную Африку, разгромил остготов Италии и спас страну от персидского вторжения. Участие Велизария в подавлении восстания стало возможным лишь после вмешательства Феодоры, отчаявшейся привести в чувство перетрусившего Императора, от страха перед обезумевшей толпой готового все бросить и бежать куда угодно, думая лишь о спасении своей жалкой жизни. И тогда эта молодая, но неимоверно сильная духом хрупкая женщина, взяла в свои руки судьбу империи и всей западной цивилизации, ибо никто другой на это сейчас не был способен, и спасла престол. К сожалению время, потерянное из-за паники Юстиниана и неспособности принимать хоть какие нибудь решения, очень осложнило положение отряда Велизария и привело к излишним трагическим потерям лучших солдат Империи.
Когда властитель получает трон по наследству, не прилагая к этому особых усилий, эпоха его правления обычно воспринимается как явление само собой разумеющееся. Но уникальная судьба Феодоры - явление практически одноразовое и непостижимое на небосклоне всей мировой истории. Способности и неизмеримые душевные силы и возможности этой грандиозной женщины достойны уважения и изумления.
Даже Иоанн Каппадокиец , главный и самый сильный ее враг, по отношению к Феодоре, при всей своей неуёмной ненависти , испытывал к ней нескрываемое уважение. Ум у нее был острый и безжалостный, как кинжал.
Одной из основ её крепкой и сильной власти в последующем был тот факт, что Феодора никогда не забывала и не предавала своих соратников и верных слуг. Но и не забывала обид и никогда не прощала. В конце концов наказание находило свою жертву. Даже Каппадокийца.
Невозможно быть уверенными в природе чувств, испытываемых отчаявшейся и покинутой всеми презренной куртизанки к вдруг появившемуся на горизонте голубоглазом принце блондине на белом коне, примчавшемся спасти ее. Была ли это благодарность или чисто женское чутьё не упустить свой шанс? Наверное чуть позже всё это смятение чувств переросло в истинное уважение и глубокую привязанность. Во всяком случае их преданность друг другу является совершенно уникальным явлением, которое навряд ли встречается в летописях жизней могущественных монархов.
В таких необыкновенных биографиях особенно интересен период, предшествовавший совершенно метеорному взлету героя. И автор поступил именно так. Очень подробно описаны тяжелейшие годы полуголодного детства, безысходность и безвыходная преемственность в выборе средств существования самыми низменными способами, превратившими Феодору в предмет ублажения и увеселения самцов мужского пола, до обращения ее в их полнейшую бесправную собственность. Дальнейшее ее противостояние невзгодам жизни можно охарактеризовать известными и довольно расхожими фразами: бегство в Египет и «хождение по мукам». То, что она в конце концов не сломалась и не сдалась, лишний раз подчеркивает ее недюжинную живучесть и неповторимость. Книга доводит свой рассказ до момента торжества и триумфа молодой Императрицы, доказавшей, что она по праву заняла престол великой державы и ничто не стоит на ее пути к славе и власти.
По ходу повествования автор выказывает на удивление завидную осведомлённость в косметике, макияже,благовониях, заботе о теле и массаже, правилах столового и придворного этикета, гастрономии , премудростях любви и обольщения, маленьких и больших женских тайнах и уловках, церемониях и особенностях дворцового быта. По моим скромным познаниям книга также соответствует известным историческим фактам. Иногда было как-то длинновато и затянуто, но общее впечатление очень хорошее.
11 понравилось
