The Color of Magic

Ненависть, как и любовь, является притягивающей силой.

— Сначала я падал, – рассказывал Тефис, – но падать, знаете ли, не так уж и плохо. Больно бывает, когда приземляешься, а подо мной ничего не было.

Заклинание всегда остается заклинанием, даже если его временно заключить в пергамент и чернила. Оно обладает могуществом.

— Но разве кто может обмануть Рок? – спросила она.
Он пожал плечами.
— Никто. Однако все пытаются.

Если бы слова имели вес, одного предложения, произнесенного Смертью, хватило бы, чтобы удержать на якоре целое судно.

— Мы можем что-нибудь изменить?

У храма мирно пасся белый боевой конь с копытами размером с тарелку для второго блюда

На дерево он попал после пяти минут интенсивных занятий физкультурой.

— Ты в самом деле хочешь увидеть драку? — спросил он.
— Да. А что в этом плохого?
— Ну, во-первых, посторонних в драках имеют свойство калечить.

Он высадился сегодня утром. Он мог бы встретить великого героя, искуснейшего из воров или выдающегося ученого мудреца. Но он встретил тебя.

Здесь, на Краю, сразу узнаешь, из какого материала ты сделан

В пасть к Смерти только и стоит соваться, чтобы спереть его золотые зубы

Рядом с Ринсвиндом раздался короткий резкий звук. Двацветок плюнул. Гидрофоб заорал и уронил руку, словно его ужалили.

– Пошли, – скомандовал он. – Пора делать ноги.
Он схватил Двацветка за руку, но турист уперся.
– Убежать и оставить Хруна наедине с этой тварью?
Лицо Ринсвинда выразило недоумение.
– А почему бы и нет? – спросил он. – Это же его работа.
– Но чудовище убьет Хруна!
– Могло быть и хуже, – заметил Ринсвинд.
– Что?
– На его месте могли быть мы, – логично указал волшебник.

Все накрыла внезапная тьма.
Вспыхнул ослепительный свет.

...у золота тоже есть свое магическое поле. Нечто вроде финансового волшебства. Эхо-гномика

– Ты не понимаешь! – вопил турист, перекрывая жуткий шум от ударов крыльев. – Я же всю жизнь мечтал увидеть дракона!
– Изнутри? – прокричал в ответ Ринсвинд. – Заткнись и скачи давай!

Больше всего на свете герои любят самих себя

Драконы должны либо существовать полностью, либо не существовать вовсе. Дракон, существующиЙ наполовину, куда хуже, чем обе эти крайности