Scarlet

– Теперь о твоем корабле. Это тот, что ты украл у американских военных?
– Вовсе я его не украл. Никто не докажет, что я не собирался вернуть его назад.
– Шутишь, да?
Он пожал плечами.
– У тебя тоже нет доказательств.
Она покосилась на него:
– Так ты собирался его вернуть?
– Не исключено.
В уголке сенсорного экрана в сетчатке Золы вспыхнул желтый огонек: программа зафиксировала ложь.
– Так я и думала, – пробормотала она.

Карсвелл Торн о Золе

... Он решил завести светскую беседу: спросил, что она задумала, и похвалил мастерство, с которым сделаны её конечности. В ответ она спросила, неужели он так долго был обделён женским обществом, что разучился делать комплименты.

Она уже устала от того, что окружающие решают за неё её судьбу. И была готова выяснить наконец, кто она такая — а не кем должна быть по мнению других.

а сердце билось так сильно, что она подумала: наверняка на нем останутся синяки.

– Вы точно не хотите помидоров? Это самое вкусное во всем блюде, они с моего огорода. Как, впрочем, и салат, но листья не были такими увядшими, когда я их привезла. Ладно, салат вы не хотите. Но, может, хотя бы помидоры?..
На лице незнакомца появилось вопросительное выражение.
– Я их никогда не пробовал…
Скарлет удивилась:
– Никогда?

Был ли у него иной выбор? Она не знала. Ей хотелось ответить «да». Что угодно – война, чума, рабство – все лучше, чем делать Левану императрицей… Но так ли это? Был ли у него вообще хоть когда-то выбор, или это решение с самого начала оказалось неизбежным?

— Простите, — сказал Торн.
Она повернулась к нему, ее глаза были широко распахнуты.
— Похоже, вы попали не в ту камеру. Вам помочь отыскать вашу?

- Сделай так ещё раз.
Он сделал полшага назад, в глазах неожиданно появилась тревога.

• Сделать что?
• Улыбнись.