Цитаты из книги Nineteen Eighty-Four

Свобода - это возможность сказаться, что дважды два - четыре. Если дозволено это, все остальное отсюда следует.

Прошлое, подумал он, не просто было изменено, оно уничтожено.

Not love so much as eroticism was the enemy, inside marriage as well as outside it.

Who controls the past controls the future: who controls the present controls the past.

Nothing was your own except the few cubic centimetres inside your skull.

— Когда ты занимаешься любовью, ты тратишь энергию. А потом тебе хорошо и на все остальное наплевать. Допустить такое они не могут. Они хотят, чтобы тебя всегда распирало от избытка энергии. Все эти демонстрации, скандирования, размахивание флагами — просто-напросто прокисший секс. Если ты счастлив сам по себе, к чему тебе приходить в экстаз по поводу Большого Брата, Трехлетних Планов, Двухминуток Ненависти и всей их прочей дерьмовой чуши?

Тебе не приходило в голову, что вся история английской поэзии была предопределена тем. что в английском языке слишком мало рифмующихся слов?

В завоевание мира больше всего верят те, кто хорошо знает, что оно невозможно.

Худший враг - наши собственные нервы. Внутреннее напряжение всегда готово прорваться наружу.

«Если бы я мог спасти Джулию, удвоив собственные страдания, пошел бы я на это? — спрашивал он себя. И отвечал: — Да, пошел бы». Увы, это только умствование. Он знал, что должен отвечать так, и вся его решимость не более чем обязанность. Это ум говорил в нем, а не сердце. Здесь вообще ничего невозможно чувствовать, только боль и только ожидание боли. А кроме того, ощущая боль, можно ли желать, ради чего угодно, ее усиления? Нет, на этот вопрос он еще не мог ответить.

Коли ти займаєшся коханням, то витрачаєш енергію; і після цього ти почуваєшся щасливим і тобі цілковито по цимбалах усе решта.

В результате правящие группы всех стран убедились: еще несколько бомб – и конец организованному обществу, а следовательно, их власти. После этого, хотя никакого официального соглашения не было даже в проекте, атомные бомбардировки прекратились. Все три державы продолжают лишь производить и накапливать атомные бомбы в расчете на то, что рано или поздно представится удобный случай, когда они смогут решить войну в свою пользу.

Но если есть надежда, то она – в пролах. За эту идею надо держаться. Когда выражаешь ее словами, она кажется здравой; когда смотришь на тех, кто мимо тебя проходит, верить в нее – подвижничество.

Твой злейший враг - твоя нервная система. В любую минуту внутреннее напряжение может выразиться в каком-то видимом симптоме.

Ни за что, ни за что на свете ты не захочешь, чтобы боль усиливалась. От боли хочешь только одного: чтобы она кончилась.

Я не о признаниях. Признания еще не предательство. Слова и поступки значения не имеют. Имеет значение только наша душа. Если им удастся меня заставить разлюбить тебя – это будет действительно предательство.

День за днем, неделю за неделей они раскручивали настоящее, у которого нет будущего, потому что их толкал вперед непреодолимый инстинкт: ведь жить – это так же естественно, как вдыхать легкими воздух до тех пор, пока он есть на свете.