Более двух часов Элизабет не могла заснуть, стараясь привести свои мысли в порядок. Она явно не относилась к нему с ненавистью. Нет, ненависть исчезла несколько месяцев тому назад. И почти столько же времени она стыдилась того, что когда-то испытывала к нему предубеждение, которое принимала за ненависть. Невольно возникшее уважение к Дарси, вызванное признанием его положительных качеств, больше не противоречило её чувствам. И оно приобрело более тёплый оттенок блягодаря его поведению в эти два дня, представившему его характер в ещё более выгодно свете. Но громче всех голосов, громче уважения и одобрения в пользу Дарси в её душе говорил ещё один голос, к которому нельзя было не прислушаться. Это была благодарность. Благодарность не только за его прежнее чувство, но и за то, что он ещё продолжал её так сильно любить, простив ей злобные и несправедливые упрёки, которые она высказала, отвергая его предложение. Дарси, который, по её убеждению, должен был отвернуться от неё, как от любого врага, постарался при этой случайной встрече сделать всё возможное, чтобы сохранить их знакомство. Не позволяя себе подчёркивать свою склонность и избегая в поведении всякой вычурности, он стремился заслужить доброе мнение о себе её родных и сблищить её со своей сестрой.