Из Питера в Питер

Вокруг света за 3 года. На основе реальных событий.
Судя по количеству читателей, эта книга никому не известна. Очень жаль, потому что она в общем перекликается с Республикой ШКИД , которая очень популярна и всеми любима.
А описанные в книге события послужили также основой для книги 2005 года Ковчег детей, или Невероятная одиссея Владимира Липовецкого, у которой множество и читателей, и рецензий. И в том же 2005 году об этой же истории написала Ольга Молкина Над нами Красный Крест . Почему же эту чудесную детскую книгу 1981 года так обделили вниманием? Автор, конечно, сделал произведение в духе Гайдара: "подростки, красные-белые, знамя", но тем не менее, он сохранил основную последовательность событий.

История о школьниках, вывезенных из Петрограда в разгар гражданской войны, подальше от голода. 2 эшелона должны были отправиться за Урал, чтобы у детей была там сытая жизнь. А в итоге гражданская война охватывает все большие и большие территории, стреляют в каждом новом городе, где они останавливаются, побеждают то белые, то красные, свободные казармы только напротив чумных бараков, голод, холод и эпидемии. Поэтому коммуна едет все дальше и дальше на восток.

Сюжет мне показался просто фантастическим, но книга написана на основе документов 1918 года.

Дальше...

Мой университетский преподаватель Пётр Васильевич говорил, что в его возрасте “20 лет туда-сюда роли не играют”. Что для взрослого человека почти 3 года в пути? Путь меняет, но знать об этом будешь, возможно, только ты сам. И совсем другое дело, когда в путь отправляются ребята 13-14 лет.

Взросление дает о себе знать, все меняется, взгляд на мир меняется, а повседневность это железная дорога. Вдруг оказывается, что испуганные дети на вокзале Петрограда это другие люди. Вагоны те же, рельсы, паровоз, а внутри сидят молодые люди, которые думают себе совершенно разные вещи. Это так удивительно, как в одних и тех же замкнутых условиях за несколько лет, видя смерти и ужасы войны, они становятся такими разными.

Когда путешествие приближалось к концу и школьники уже сдали выпускные экзамены (они учились все эти годы, без перерыва, голод ли, холод, в вагонах, в чумных бараках), у всех возникали мысли, что дальше, что они будут делать теперь, в Петрограде. Прелестная Тоня решила, что надо отдохнуть:

• Мы окончили гимназию, надо и о себе подумать <...> ну и что, что революция? Ведь мы еще не жили! А так хочется пожить!..

И откуда такие идеи в голове рождаются? Почему Тоня решила, что надо отдыхать, в то время как Катя, ее подруга, выросшая рядом, считает, что как только вернется, надо идти на фронт, курсы медсестёр, а то вон сколько времени она потеряла в этом поезде.
Ну и дети, как на подбор: чистенький буржуй, который сначала, ах, какой приятный воспитанный интеллигент, а потом нос задрал, пока все в навозе ковырялись. Гопник-воришка, анархист, романтически настроенный революционер, оппозиционер-хулиган, который, наоборот, вдруг вырос в чудесного мальчика-защитника обиженных.

И, конечно, поразили американцы. Чета Круков из Красного Креста. Я понимаю, книга как-никак советская. Колчаковцы и прочие белые были сплошь головорезы, а красные комиссары не забывали об эшелоне с детьми ни на минуту, хоть и не могли помочь в разгар военных действий. Но не могу я заподозрить автора в предвзятом отношении к американцам. Люди, которые взяли на себя ответственность за 800 детей, совершенно бескорыстно, а когда Красный Крест стал сворачивать деятельность в России, бросились тратить свои собственные деньги, чтобы кормить, одевать детей и продолжать путь. При том, что дети уже не дети, они ломаются, крадут Библию миссис Крук, разрисовывают ее, проводят митинги, забастовки, выгоняют учителей, запираются, голодают, отказываются ехать и пр.пр. Мистер Крук теряет тысячи долларов за простой и неотправление дальше в поездку, но они терпят, любят детей и просто хотят вернуть их домой в Петроград. Ведь бывают же люди! Их, кстати, сразу записывают в чокнутые. Мириться с мыслью, что их благотворительность нормальна, никто не хочет. Дети считают их чокнутыми, американцы тоже. Круки даже отвергают идею сделать из детей американских шпионов в новом советском государстве! Идиоты, не иначе. Взрослые люди, видевшие войны и убийства, сохраняют душевное тепло, умение сопереживать и помогать бескорыстно. Даже когда их осуждают сограждане, а русские обвиняют в агрессивной политике их правительства, капитализме и прочем зле.

Но почему-то их 800 большевицких детей не впитали это. Конечно, они по большей части добры и способны сопереживать. Но сопереживают лишь мировой революции, хотят разрушать всё, чтобы потом кто-нибудь другой строил новое государство.

… революции требуются инженеры...

• Инженеры! Зачем?
• Строить!
• Строить! - с отвращением повторил Аркашка, и тут же глаза его вспыхнули черным огнем, а руки сжались в кулаки. - Разрушать - вот что надо! Рушить! Все! До основания!

Дети готовы погибнуть за красное знамя, готовы убить кого-нибудь за свои советские идеалы, Библия вызывает презрение, капитализм — ненависть. И странно, что этих детей воспитывали люди, которые просто хотят мир во всем мире, спасти всех детей и быть вне политики.

И хотя автор, конечно же, не хотел таких выводов, он восхищался детишками со знаменем, иногда потешался над их наивностью (сейчас мы обратим японцев в большевиков) и умудрился сохранить баланс, что все люди разные. Даже треклятые штаты Америки, виновные во всех бедах человечества, рождают иногда таких замечательных людей, как Круки.