Цитаты из книги О любви

Нормальному, здоровому человеку кажется, что он понимает всё, что видит и слышит, а я вот утерял это «кажется» и изо дня в день отравляю себя страхом. Есть болезнь — боязнь пространства, так вот и я болен боязнью жизни. Когда я лежу на траве и долго смотрю на козявку, которая родилась только вчера и ничего не понимает, то мне кажется, что ее жизнь состоит из сплошного ужаса, и в ней я вижу самого себя.

Наша жизнь и загробный мир одинаково непонятны и страшны. Кто боится привидений, тот должен бояться и меня, и этих огней, и неба, так как всё это, если вдуматься хорошенько, непостижимо и фантастично не менее, чем выходцы с того света.

Выдержав экзамен, Гвоздиков сел на конку и за шесть копеек (он ездил всегда «на верхотуре») доехал до заставы. От заставы до дачи, версты три, он пропер пехтурой.

Экзаменующиеся так же охотно врут, как и охотники.

И взрослые и дети чувствовали, что по комнате ходит благородное существо, и это вносило в их отношения ко мне какую-то особую прелесть, точно в моем присутствии и их жизнь была чище и красивее.

Полноте, на что молодому человеку деньги? Прихоть, шалости. Что, вы прокутились, проигрались, женитесь?

Такое маленькое, необъемистое тело,а сколько в нем таится всякой мерзости!

Лучше быть этой белокурой Оленькой, - обратился я к Урбенину, - и жить здесь со зверями, чем судебным следователем и жить с людьми...

Случай – деспот.

— Одна во всем Лохмотьевском уезде недюжинная натура, да и та… и та дура! Боже мой!

— Всякому безобразию есть свое приличие!

Легче встретиться на жизненном пути с непьющим репортером, чем с этакой натурой.

...бывало, захочешь погулять или прокатиться с невестой, зайдешь к ней, а она уже стоит со своей маменькой в передней совсем одетая и играет зонтиком.

— А мы в пассаж идем! — говорит она. — Нужно прикупить еще кашемиру и шляпку переменить.

Пропала прогулка!

...женихом быть очень скучно, гораздо скучнее, чем быть мужем или ничем. Жених — это ни то ни сё: от одного берега ушел, к другому не дошел; не женат и нельзя сказать, чтобы был холост...

Тихий ропот дождя постепенно обращался в сердитый рев, который я так любил...

Присутствие трезвого действует раздражающе на пьяный организм!..

Так горячо не заступаются за честное имя женщины, к которой равнодушны…

Глаза ее глядели куда-то в сторону, но я, человек, знающий женщин, чувствовал на своем лице ее зрачки.

<...> Это вполне справедливо, – сказал граф, вставая и засовывая руки в карманы. – У меня могут выходить отличные вечера… Концерты, любительские спектакли… всё это действительно можно прелестно устроить. И к тому же эти вечера будут не только веселить общество, но они будут иметь и воспитывающее влияние!.. Не правда ли? – Ну да, – согласился я. – Как посмотрят наши барышни на твою усатую физиономию, так сразу и проникнутся духом цивилизации…