Книга проекта «История идей – история людей», чьим мировоззренческим паролем является библейское «вначале было слово», и житейское «президенты тоже люди». Можно было бы сказать и так: есть история в лицах, а есть история в речах. В данном случае – инаугурационных от Джорджа Вашингтона до Джорджа Буша-младшего. Понятно, что мы имеем в виду президентов Соединенных Штатов Амерки. Мне кажется, что издание данной книги при поддержке Государственного департамента США – большой плюс к содержательной части, некий «гарант» идентичности источника. Историческая полнота представителей этого жанра – прекрасный самостоятельный источник изучения американской политической традиции, к сожалению, практически неразвитый ни в современной России, ни, как представляется, тем более – в Советском Союзе. Хотя понятно, что по политическому «ноблесс оближ» выступления политических лидеров СССР и президентов США отличаются не особо. Совершенно особый момент в общественно-политической жизни страны вызывает к действу, в полном соответствии с природой момента и жанра, театральную обставленность выступления победившего политика. Собственно говоря, так было везде и всегда: разве церковные церемонии – не продуманные до мелочей «театральные» сиречь публичные, общественно значимые представления, шоу (без дешевого поп-массового контекста и контента)? Отсюда – высокопарный, даже вычурный стиль инаугурационной речи, акцентирующий внимание на неординарности ситуации и величии момента. Очень важно для всех «учителей остального человечества» и их адептов: именно в речах президентов появляются со временем такие понятия, как «американский дух», «американский образ жизни», «американская исключительность». Так вот, несмотря на неглубокие исторические корни, отцы нации понимали всегда: без надличностной идеи, без подчеркивания и культивирования собственной исключительности ни одна по-настоящему великая нация не состоялась нигде. Разумеется, каждая речь отражает текущий «проблемный момент». Отцы-основатели, вплоть до Авраама Линкольна, акцентировали внимание на проблематике американской идентичности и идеологии государственной власти. Наверное, никогда в американской истории, как во времена Линкольна, целостность страны не подвергалась таким серьезнейшим испытаниям. Рекомендую почитать, в том числе, и речь Линкольна по поводу той решимости, с которой Конфедерация, а потом и Федерация готовы были отстаивать свою территориальную целостность. Для советских людей обращение к «простому» человеку так, как это делалось и делается в речах американских президентов, совершенно непривычно. В инаугурационных речах звучит буквально панегирик американской нации, «простому» американцу, панегирик – эмоциональный и функциональный фокус всего текста. После казенных речей генсеков и прочих функционеров, не могущих оторваться от «бумажки», эмоциональные, даже зажигательные речи президентов казались совершенно инопланетными в том смысле, что, оказывается, можно говорить простым языком с «простым» же человеком. Конечно, все президенты равны (как и звери в лесу) в истории. Но есть более равные. К ним, несомненно, относится Франклин Делано Рузвельт. В нужный момент Господь призвал нужного Америке человека и (какая ирония жизни!) инвалид оказался самым сильным гражданином страны! Нужно ли напоминать, сколько сроков подряд он находился у власти? Но Рузвельт был первым, в речи которого впервые прозвучали необычайно жесткие нотки в отношении того, кому раньше «доставались» лишь панегирики: «Наша величайшая первоочередная задача – заставить людей работать!» Мобилизация и усиление государства требуются для борьбы с конкретными виновниками Великой депрессии – банковской системой и олигархами, стремящихся вырваться из-под контроля избранной народом власти. Что вызывает безусловное уважение – способность американской политической элиты извлекать уроки из поражений и неудач. Например, вот, что сказал президент Ричард Никсон, когда неизбежность вьетнамской катастрофы стала очевидной: « И за рубежом, и на родине пришло время отказаться от политики снисходительного патернализма типа «Вашингтон лучше знает». И только Джордж Буш-старший через 15 лет после окончания войны во Вьетнаме, подвел итог: «Окончательный урок Вьетнама заключается в том, что великой нации непозволительно надолго раскалываться на почве воспоминаний». В заключении – буквально два соображения. Видимо, нигде в демократических странах, кроме Соединенных Штатов, не было такого, чтобы высшую должность в стране занимали отец и сын. И, наверное, ни в одной другой стране мира не было столько убийств первых лиц государства, как в США. Что же, у всех собственный, а отнюдь не «магистральный» путь в истории. Речи, несмотря на однотипность текстов, конечно же, разные. В том числе и по объему – от половины до 20-ти страниц. Во время церемоний приведения к присяге президентов и последующих празднеств за более чем 200-летнюю историю происходило много самых разных, курьезных и грустных событий. Это – ещё один повод прочесть книгу. В разделе цитат привожу отрывки из речей.
5 понравилось
