Оле-Лукойе и другие сказки

Она по-прежнему стояла на одной ноге, высоко вскинув другую, — она тоже была стойкая. Солдатик был тронут и чуть не заплакал оловянными слезами, но это было бы непригоже. Он смотрел на нее, она на него, но они не сказали друг другу ни слова.

Если в старой табакерке век не держат табака, Заведется в табакерке чёрт-те что, наверняка. И берется чертовщина ниоткуда неспроста. Заведется чертовщина там, где только пустота...

«Вот бы мне такую жену! — подумал он. — Только она, как видно, из знатных, живёт во дворце, а у меня только и есть, что коробка, да и то в ней нас набито двадцать пять штук, ей там не место! Но познакомиться всё же не мешает».