Школа злословия

Какое же возможно остроумие без капельки яда? Умному слову нужна колючка злости, чтобы зацепиться.

- Я живу своей сомнительной репутацией. Единственное мое подспорье – это моя дурная слава. И, если узнается, что меня соблазнили на честный поступок, я растеряю всех своих друзей.

• Хорошо, хорошо, мы вас не опозорим похвальным отзывом, не бойтесь.

Безусловно; передатчики сплетен нисколько не лучше, чем их сочинители. Это старое утверждение и очень правильное.

Что до меня, сударыня, то я должна сознаться, что остроумие теряет цену в моих глазах, когда оно соединено со злостью.

Так мы смеемся, если кто задет,
А нас заденут — смеха больше нет.

Но, поверьте, когда я высмеиваю людей, у меня нет к ним злобы. Если я говорю что-нибудь обидное, то только потому, что мне весело; и я уверена, что они платят мне тем же.

Разговор, из которого изгнан дух насмешки, всегда будет скучен и бесцветен.

Я не хочу спорить о том, в какой мере извинительно злословие. Но в мужчине, на мой взгляд, оно всегда постыдно. У нас имеются тщеславие, зависть, соперничество и тысяча всяких оснований порочить друг друга, но мужчина, чтобы очернить другого, должен обладать женской трусостью.

... когда старый холостяк берет молодую жену, он заслуживает… да что там! Преступление само в себе уже содержит кару.

Боже милостивый, как он изменился! И вид у него не на шутку женатый!

Вот чем плоха хорошая репутация всякие несчастные докучают просьбами, и требуется большая ловкость, чтобы прослыть сострадательным человеком, не входя в расходы. Чистое серебро доброты убыточная статья в расписании наших достоинств, тогда как французский металл хороших слов, которым я его заменяю, так же красив на вид и не облагается пошлиной.

Неужели самой нежной страсти должно быть отказано в надежде?

Раули. Что же это успело так расстроить вас со вчерашнего дня?
Сэр Питер Тизл. Странный вопрос женатому человеку.

Дело не в том, что она плохо владеет кистью, а в том, что закончив свое лицо, она так неумело соединяет его с шеей, что напоминает реставрированную статую, где знаток сразу видит, что голова современная, а туловище античное.

Отвечать на оскорбление вправе лишь тот, кто сам никогда не наносит его другим.

Если муж беспричинно подозревает свою жену и лишает ее доверия, то первоначальный их договор расторгнут, и она ради чести своего пола обязана его перехитрить.

Миссис Кэндэр. У неё прелестный свежий цвет лица.
Леди Тизл. Да, когда он свеже наведён.
Миссис Кэндэр. Ах, что вы! Клянусь вам, это у неё естественный румянец. Я сама видела, как он появлялся и исчезал.
Леди Тизл. Я охотно верю, что вы могли это видеть" он исчезает на ночь и снова появляется утром.
Сэр Бенджамен Бэкбайт. Да, сударыня, и он не только появляется и исчезает, но больше того: его проиносит и уносит горничная.

Если ум и юмор выражаются только в том, чтобы издеваться над слабостями или несчастьями тех, кто нам ничего дурного не сделал, то уж я скорее согласна получить от бога двойную порцию глупости.

— Но я удивляюсь, как вы можете сохранять весёлость среди таких несчастий.
— В том-то и дело! Несчастий у меня так много, что мне нельзя расставаться с веселостью. Но придет время, и я буду богат и мрачен.

О сударыня, точность - это разновидность постоянства, качества, весьма предосудительного в светской женщине.