The Wind Through the Keyhole

«Много львов – это прайд, много воронов – стая, много ушастиков – трокет, много драконов – огнище»

« – А у тебя крепкие яйца, парень, пусть даже они обрастут волосами еще этак годика через три»

«Бесполезный, как грязь»

«…лес – живой. И, как и всякому живому существу, ему нужно питаться».

«– У меня только четыре богатства, чтобы оставить тебе в наследство, – так Большой Росс говорил сыну. – Знаешь какие, сынок? Тим знал и перечислял их не раз, но не уставал повторять вновь и вновь: – Твой топор, твоя счастливая монетка, твой дом и твое ремесло – твое место, которое ничуть не хуже, чем у короля или стрелка в Срединном мире. – После этого он умолкал ненадолго и всегда добавлял: – И еще мама. Получается не четыре, а пять».

«Странная музыка, я такой нигде больше не слышал. Она вроде как проникает в голову и перетрясает тебе все мысли. И долго там находиться нельзя, иначе все тело покроется язвами, и зубы начнут выпадать, и блевать будешь часами».

В жизни так всегда бывает: где-то найдёшь, где-то потеряешь.

Ты полагаем, что так не бывает, но - как говорят старики - мир перевернулся и сдвинулся с места, и добавить тут нечего.

Всё самое лучшее, что есть в жизни, почти всегда причиняет нам боль. Мы полагаем, что так не бывает, но - как говорят стрелки - мир перевернулся и сдвинулся с места, и добавить тут нечего.

Ясный, как солнце, взгляд у орла,
Держат все небо два мощных крыла,
Орел видит землю, и видит моря,
И даже такого мальчишку, как я.

Еда на пиру, что я ела, была гнилой. То, что мне представлялось дворцом, оказалось тюрьмой. Это так больно, Роланд, оно жжет, как огнем.

Не слушайте их обещаний и не смотрите на сиськи.

Вы вроде не вооружены, но с женщинами никогда не знаешь наверняка.

Со свадьбой поспешишь-всю жизнь просвистишь.

Весь мир грязный, юный Тим, но мы же как-то с этим справляемся, а? Дышим его воздухом, едим его пищу, делаем его дела. Да. Делаем.

Везение - так люди с трусливой душой называют ка.

...то, что мы видим детьми, остается с нами на всю жизнь.