«Почему есть памятники - танки, а памятники корабли большая редкость?»
Коротко и по существу: после подписания в конце лета 1939 года пакта о ненападении между СССР и Германией, большевикам позволяют поиграться с Прибалтийскими республиками. До начала войны не так уж много времени и большевикам нужно спешить: надо решить вопрос объединения и слияния заводов радиоаппаратуры, принадлежащих разным владельцам, и вопрос централизованной закупки кож у крестьян. Также необходимо в срочном порядке решить вопрос о переводе в Таллин из Кронштадта главной базы Балтийского флота. Только для того, чтобы потом героически выводить корабли обратно, неся потери в людской силе. Ну, еще нужно наобещать местным жителям золотые горы коммунизма. Воевать собирались большевики на старых кораблях, пережитках царизма. Флотские учения, в лучших традициях Чапаева и его картошки, проводились на миниатюрном полигоне, передвигая фигурки кораблей. Местные жители не сильно радовались большевикам и не сильно их уважали. Ждали прихода немцев. «В центре города, в кафе под большим полосатым шатром, сидели за столиками шумные компании: мужчины в легких кремовых костюмах, дамы в изысканных туалетах. Им некуда было спешить. Часами они просиживали за порцией мороженого, не торопясь, тянули через соломинку коктейли и тоже говорили о войне... со смехом и злорадством. Они не маскировались, не прикидывались друзьями Советской власти. Наоборот, они открыто ждали фашистов, ждали возможности вернуть фабрики, дома, магазины, ставшие в 1940 году народным достоянием.» Для того, чтобы не сильно эта нелюбовь к большевикам бросалась в глаза, для того, чтобы хоть как-то создать иллюзию воссоединения братских народов, и был заброшен в Прибалтику целый десант журналистов, писателей и актеров. Они должны были нести в массы разную героизированную чушь. Людей нужно было отвлечь от предстоящей им смерти. Имеется в виду отвлечь солдат. Ведь никаких укреплений там не было. Остров Ханко был взят в аренду у финнов в 1940 году и никаких укреплений там не было и близко. Более того, «вражеские аэродромы, базы, гавани, крепости Финляндии находились в тылу и на фланге нашего флота.» Впрочем, и патронов с торпедами почти не было. В Таллине все ждали немцев (включая курсантов, согнанных туда в виде советских солдат). План был прост. Когда немцы должны были подходить к городу, нужно было осуществлять эвакуацию. Обязательно под вражеским огнем. Курсанты должны были прикрывать отступающие войска. Ведь время Сталинграда еще не подошло. «Плиеру было известно, что его отряд и батальоны, сформированные из курсантов училища Фрунзе, удерживают врага, чтобы отступающие войска могли погрузиться в гавани на корабли и покинуть город организованным порядком.» Вот, в принципе, и все. Вся эта бодяга разбавлена разными бессмысленными вставками, которые уж точно не поймут современные читатели. «А внизу под окнами наркомата толпа студентов со старым знаменем: на красном полотнище золотые буквы: «Братьям по классу эстонским рабочим привет от кожевников и печатников Костромы». Когда-то, после революции 17-го года, это знамя костромичи отправили в подарок профсоюзам Эстонии, но таможенная пошлина была так высока, что знамя пролежало в таможне. Студенты нашли его и теперь носили по городу.» А как жили прибалты до прихода большевиков. Автор книги едва языком не прищелкивал от удовольствия, когда посещал местное училище для благородных девиц, или обычную школу, где девочек учили не только хорошим манерам, но и домоводству. «Мы посмотрели молочную ферму, где в стойлах стояли белые в черное пятно, словно бы накрахмаленные, коровы, цветочные парники, в которых неоновыми огнями светились цикламены, и, наконец, были приглашены оценить кулинарные достоинства будущих хозяек.» Немцы вошли в Таллин 27 августа, а 28 августа советские корабли отправились обратно в Кронштадт, через заминированный Финский залив. О потерях журналисты и писатели, предусмотрительно, не упоминают. Предпочитают прятаться за красивыми историями. На вроде этой: «В 1949 году эстонские рыбаки выловили бутылку с письмом защитников острова Даго. Вот оно, это письмо: «Товарищи краснофлотцы! Мы, моряки Балтийского флота, находящиеся на острове Даго, в этот грозный час клянемся нашему правительству и партии, что мы лучше все погибнем до единого, чем сдадим наш остров. Мы докажем всему миру, что советские моряки умеют умирать с честью, выполнив свой долг перед Родиной. Прощайте, товарищи! Мстите фашистским извергам за нашу смерть! По поручению товарищей подписали Курочкин. Орлов. Конкин»…
3 понравилось
