Инквизитор Красной Армии. Патронов на Руси хватит на всех!

Двухэтажный особняк под номером тринадцать на улице Гороховой выделялся инородным вкраплением среди других домов.

Автомобиль год назад реквизировала окружная коллегия управления воздушным флотом Петрограда. В расписке черным по белому матросы-анархисты написали, что вернут машину вечером, да так и не сподобились. Закатались, позабыли. У тех, в свою очередь, машину забрали хмурые парни в черных кожаных куртках. Чекисты даже расписку писать не стали. К чему разводить бюрократическую канитель. Нет времени, когда в спину дует ветер перемен.

Сзади на широком кожаном сиденье развалились четыре матроса. Это были моряки, которые разлюбили море, променяв его на революционные вихри.

— Никто не входил и не выходил, — четко по-военному доложил беспризорник, обращаясь к инквизитору. Мужчина на переднем пассажирском сиденье, похоже, был здесь за старшего. — Все на месте, Аким.
— Добро, — кивнул инквизитор.
В отличие от пассажиров оборванец не выказывал уважения к инквизитору, но и до панибратства не опустился. Обратившись к нему по имени, он подчеркнул их особые отношения…

Такое самопожертвование будущему инквизитору встречалось все реже и реже. В нынешнем злом и жестоком мире. А тут еще какой-то помоечный кот выказал чувство, позабытое людьми. Любопытство удержало Поплавкова от скорой расправы на месте. Об этом он позже не пожалел. У кота не было никаких шансов выстоять против Акима. Вот если бы на его месте был кто-то другой, обыкновенный человек, то потрепали бы и, скорее всего, ушли оба. Под видом пушистого котика скрывалась клыкастая, расчетливая зверюга.
На прокушенную руку было больно смотреть. Кот обыкновенный, а клыки как у саблезубого тигра. И кто там говорит, что они давно вымерли?

Лучше всего у Тихоши получался черный юмор.