Открытки с того света

День моих похорон был самым обыкновенным днем. И следующий день — тоже.

За десять минут, потраченных на чтение этого текста, во мне все внутри перевернулось.

Когда ты смотришь в бездну, бездна тоже вглядывается в тебя. Балансируя на границе реальности и сумасшествия с тонким шестом таланта, после приступов паники Франко Арминио писал сам себе открытки от мертвых. Почему-то мне кажется, что это были именно открытки (это, несомненно, должны были быть открытки), настоящие, с пейзажами или с достопримечательностями, с картинками известных художников... А на обратной стороне лихорадочным, спешащим, захлебывающимся почерком с десяток слов:

Поплавав в море, я вышел из воды и вытирался. Я упал на песочный замок.

И в этом десятке слов всё сразу...

- обреченность

Поначалу наши близкие хотели бы нас вернуть. Потом они свыкаются с тем, что нас нет. Потом всех устраивает, что мы там, где мы есть.

- обида и непонимание

Я пошел в кузнечную мастерскую. Мы говорили о перилах. Как можно верить в бога, когда человек умирает, говоря о перилах?

- злость

Я гулял, ел мало, старался ни на кого не злиться. Все без толку.

- тоска и боль

Как жалко тебя оставлять, сказал я жене. Она сжимала мне руки. Никто так не сожмет наши руки, когда нам хорошо. Никто.

- и, в конце концов, смирение

Я здесь, в самой верхней нише северной стены кладбища. Сквозь щель в нишу забивается снег и лежит тут месяцами.

Через десять минут после того, как я прочла "Открытки с того света", я начала сначала. "Упал на песочный замок, упал на песочный замок, упал на песочный замок..." - повторяю себе одну и ту же мысль, как заклинание, как оберег против панической атаки, учусь смирению, через щемящую тоску.

До меня уже умерло восемьдесят миллиардов человек.

Mortem. Morte. Muerte. Mort. Tod. Dood. Death. Smrt. Смрът. Смерць. Смерть. Утром. Днём. Вечером. Ночью. Осенью. Зимой. Весной. Летом. На Рождество. На Пасху. В день летнего солнцестояния. В день зимнего равноденствия. За завтраком. За полдником. За обедом. За пятичасовым чаем. За ужином. В присутствии жены. В присутствии мужа. В присутствии детей. В присутствии священника. В присутствии врача. В присутствии сиделки. В одиночестве. В кухне. В ванной. В спальне. В гостиной. В прихожей. На балконе. В доме. В больнице. В гостях. На работе. На улице. Быстро. Медленно. Легко. Мучительно. С последними словами на устах. Молча.

Меня никто ни о чем не предупредил. Все пришлось делать самому: перестать двигаться, потерять дар речи, остыть, начать разлагаться.

В младенчестве, не успев ещё толком пожить. В детстве, не успев ещё толком пожить. В юности, не успев ещё толком пожить. В зрелые годы, не успев ещё толком пожить. В преклонном возрасте, не успев ещё толком пожить. В старости, не успев ещё толком пожить.

Мои сестры помогали матери меня одевать. Потом явился отец. Он подошел ко мне совсем близко. Пока он смотрел на меня, мне захотелось ожить и обнять его хотя бы на миг.

Больше ничего и никогда. Как это страшно - никогда...

Сегодня Конец Света. Я подумал, что нужно как-то подготовиться и взял эту книгу. Дочитать мне не дали - вошла Смерть с косой в черном балахоне, стала орать, что мне уже 116 лет и пора на покой. Сегодня ж все умрут, говорю. Кроме меня, естественно. Я не могу - 5 литров текилы купил на Новый Год. Не пропадать же добру. Смерть согласилась. Хорошо бы - парочка девчонок сегодня тоже не померла. А то с одной текилой скучновато будет. А остальные, кто все ж сегодня умрет - шлите открытки. Даже не знаю - что я теперь на лайвлибе буду делать один. Но плюсиков всем понаставлю на всякий случай.