Цитаты из книги Des Fleurs Pour Algernon

Тени прошлого цепляются за ноги и тянут меня вниз. Я открываю рот, чтобы закричать, но нет голоса. Руки дрожат, мне холодно. Шум в ушах.

— Чарли, а я... могу я тебе чем-нибудь помочь?
— Не знаю... Я как зверь, которого выпустили из чудесной безопасной клетки.
Она села рядом со мной.
— Тебя толкают вперёд слишком ревностно. Ты не знаешь, как жить дальше. Хочешь стать взрослым, а внутри остаёшься маленьким мальчиком. Ты один, и тебе страшно.
Алиса положила мою голову себе на плечо, и в эту секунду я понял, что нужен ей. Как и она мне.
— Чарли, — прошептала она, — о чем бы ты ни думал... не бойся меня.

Очень трудно справиться с привычкой подслушивать, ведь раньше люди всегда говорили и действовали так, словно я — пустое место, словно им наплевать, что я о них подумаю.

Он отчаянно борется с собой, чтобы удержать в голове хоть чуточку из того, чему его учили. Он так старается...

Я не знал, что делать и куда смотреть. Внезапно я почувствовал себя голым. Мне захотелось спрятаться, и чтобы меня никто никогда не нашел.

Мне плохо. Это не та болезнь, которую может вылечить врач, она внутри, у меня в груди. Там все пусто, как будто мне вырвали сердце. Случившееся слишком важно, чтобы умолчать о нем. Сегодня мне в первый раз не захотелось идти на работу. И я не пошел.

Мама всегда говорила мне чтобы я был хорошим и добрым мальчиком. Она говорила всегда будь осторожным а то люди не поймут тебя и подумают что ты хочешь сделать им чтото плохое.

Я спросил я побью Элджерона после апирацыи и он сказал можетбыть. Если апирацыя пройдет как надо я покажу этой мыши што я могу быть такимже умным и даже умнее.

Я не чуствовал себя плохо патамушто смотрел на Элджерона и понел как притти к ФИНИШУ даже если это очень долго.

- Ты ненормальная!
- А то! - Она повернулась вокруг своей оси и сделала книксен. - Я все ждала, когда ты заметишь.

То, что я сплю здесь, производит странный эффект: запахи лабораторных животных - собак, обезьян, мышей - возвращают меня в прошлое, и трудно понять, испытываю я новые впечатления или вспоминаю старые...

С ощущением свободы пришла печаль. Я мечтал любить Алису, превозмочь эмоциональные и сексуальные страхи, завести детей, дом. Сейчас это уже невозможно. Я так же далек от Алисы со своим КИ 185, как и прежде с КИ 70. Разница в том, что теперь мы оба понимаем это.

Дождь. Хорошо для цветов.

Теперь я понимаю, что одновременно с движением разума вперед мельчали мои чувства к Алисе — от преклонения — к любви, к признательности и, наконец, к простой благодарности. Я цеплялся за нее из боязни потерять последнюю нить, связывающую меня с прошлым.

С ощущением свободы пришла печаль.

– …и что бы ты сейчас ни сказал, я буду чувствовать, что мешаю тебе. Если не возражаешь, я побуду немного в обществе своего разбитого тщеславия, спасибо тебе.

- Уйдешь? Но тебе не надо никуда уходить!

Это несчастный разум глядит из темной комнаты сквозь замочную скважину в сияющий мир, счастливо и неуверенно улыбаясь. Даже в своей тупости я понимал, что стою ниже окружающих. У них было что-то такое, чего не было дано мне. Слепой умственно, я верил, что это – способность читать и писать, и что я сравняюсь с ними, научившись тому же.

Лед треснул, и полоса чистой воды между нами становится все шире. Поток разума уносит меня в открытое море

да,я одинок, но это не имеет значения...