Добро пожаловать в "Пиранья-клуб". Власть и влияние в Формуле 1

Формула 1 — невероятно динамичный мир. Он никогда не стоит на месте. Более того, в последние годы он развивается заметно быстрее. По мере того, как Берни удавалось обеспечивать Формуле 1 все большую телеаудиторию, автомобильные компании демонстрировали все больший к ней интерес, появлялись серьезные спонсоры. Так я думаю. Это один из ведущих видов спорта, грандиозное шоу. Я постоянно повторяю это Берни. И пока земля вертится, коммерческая жизнь продолжается, пока нефть не иссякла совсем, оно будет оставаться популярным. Я верю в это, и именно потому моя компания по-прежнему готова вкладываться в это дело.

Многие исследователи считают, что Чепмен довел себя до смерти работой. Он скончался в возрасте всего 54 лет от неожиданного обширного инфаркта. Его смерть оставила пропасть в его делах и сложной жизни, существовавшей вокруг него. Он оставил семью, глубоко потрясенную его уходом, отличную инновационную компанию, выпускающую прекраснейшие автомобили в мире, инженерное наследие, на котором основана Lotus и плоды которой она пожинала еще долгое время после его смерти. Его уход оказался серьезным ударом для Формулы 1. В минусе — финансовый хаос и долги, разговоры о том, что он делал ошибки и допускал неоправданный риск, бывал несдержан в поведении, отличался плохими манерами и самодурством в руководстве компанией. Существует множество историй, описывающих «инциденты с Чепменом», хотя те, кто с ним работал, полны признательности и сохраняют лояльность по отношению к этому человеку.

Джимми всегда был для меня лучшим гонщиком из всех, кого я знал. Быть может, с годами появится еще кто-то, кто станет лучшим для всех, но не для меня. Мне кажется, другого такого не будет никогда. К тому же в наши дни гонщики Гран При могут заниматься только этими гонками и вряд ли с тем же успехом выступать где-либо еще. Так уж развивается спорт. Но Джимми был великолепен везде. Думаю, только Дэн Герни мог быть ему серьезным соперником в Формуле 1, но я вспоминаю Инди, его старты на Нюрбургринге в гонках спортивных машин на маленьком Lotus 23, в кузовных гонках на Lotus Cortina, в Формуле 2... Джимми, знаете ли, был пару раз близок к тому, чтобы уйти, и я испытывал в связи с этим смешанные чувства. С одной стороны, мысль о том, что мы будем гоняться без него, была просто невероятна. С другой, я любил его как человека и не хотел, чтобы он пострадал. Он повлиял на меня больше, чем кто-либо иной. Не будем говорить о нем как о гонщике, о его связи с Lotus. Не будем вспоминать о том, что он сделал для меня в этом качестве. Джимми был просто прекрасным человеком. Интеллигентный, абсолютно искренний и во многих смыслах скромный — ему потребовалось немало времени, чтобы стать тем, кем он стал, и добиться того, чего он добился. Не должно было быть этого Хокенхайма. Даже сегодня, когда прошло столько времени, я не могу выйти из оцепенения. Я никогда не утрачивал своей любви к гонкам, но... И вместе с тем я не могу сказать, что с 1968 года она осталась прежней.