Хроника царствования Карла IX. Новеллы

Я очень люблю книги про средневековую Францию, люблю Мериме. Историю Варфоломеевской ночи не описал только ленивый. У Дюма, конечно, это получилось лучше всего. Здесь повествование вроде бы и похоже, но не похоже. Такой вот каламбур.

Не вовремя я решила читать эту книгу, иначе как объяснить, что 200 страниц я мучала 2 недели? С другой стороны, автор тоже увяз, иначе как объяснить странный финал романа?

Итак, у нас есть 2 брата, воспитанные в протестантской вере, один из которых, Жорж, стал католиком. Его брат Бернар приезжает в столицу накануне трагических событие, естественно, влюбляется в католичку, госпожу де Тюржи. Она пытается спасти любимого, и предпринимает попытки перевести его в свою веру, но тот отвечает, что не может изменить вере ради любви, равно как не может изменить свой рост или цвет волос.

А дальше наступает 24 августа, страшный день. Все уцелевшие гугеноты стекаются в крепость Ля Рошель, оплот всех протестантов. Начинается осада. Гугеноты предпринимают вылазку и нападают на католиков. Нечаянно получается так, что Бернар смертельно ранит брата. Это страшно, когда в стране гражданская война. Люди, говорящие на одном языке, дети одних родителей воюют друг с другом. Бернар и Жорж никогда не воевали между собой, напротив, всегда спасали друг друга, но здесь была трагическая случайность. Бернар безутешен.

Наверное, впервые я вижу нелицеприятный портрет Карла IX. Не заговор матери, а он сам отдал приказ зачистить город. Что ж он заплатил сполна за тот приказ..

Давно хотел прочесть эту новеллуМериме и вот, наконец, добрался. Рассказ до сих пор впечатляет, хотя былопубликован еще в год смерти Пушкина. Во Франции раньше была великаялитература, в 18-19 вв. превосходство французской цивилизации было очевидным.

Сюжетрассказа, как известно, это вариация на тему мифа о Пигмалионе, только ожившаястатуя не любит, а убивает мужчину. Является ли это только плодом фантазииписателя или имеет более древние мифологические корни? Каков «оригинал» этойлегенды? По идее, мифологическое сознание и опыт должны предупреждать об опасностипопыток оживить неживое. Да и сейчас это актуально, например, в виде опасностиактивизировавших вирусов или угрозы «киборгизации»...

Именно с этой книги и с этого издания началось моё знакомство с историко-приключенческими романами "плаща и шпаги", историей Франции, католиков и гугенотов, задолго до Дюма. Но увлечение Мериме обусловило и подготовило моё обращение и любовь к Александру Дюма.
Встречают по одёжке, а так же по этой удачной обложке, где дворянин кого то закалывает в поединке, того, от кого видно лишь оброненную шпагу. Она врезается в память, и запоминается, становясь определённым эталоном для приключенческого романа.

В юности неоднократно перечитывал роман, заново переживая приключения молодого дворянина, прибывшего ко двору на службу, попавшего сходу на дуэль, любовное приключение с таинственной незнакомкой, и дворцовые интриги, а во второй части отправившегося на боевые действия под Ла-Рошелью. И это был не Дартаньян.
Именно Мериме стал первооткрывателем во Франции такого жанра исторического романа, самоуверенно заявив, "в истории меня интересуют только анекдоты". Ну а чего ещё нужно от истории молодым читателям, что бы пробудить к ней интерес, и получить представление. Как же хотелось тогда почитать что нибудь подобное ещё у Мериме! Но оказалось, что он этим романом и ограничился, зато такого в избытке у Александра Дюма, который и сделал этот жанр всемирно популярным!
Перечитал этот роман, чтобы освежить в памяти и проверить юношеские впечатления, и сравнить заодно с "Королевой Марго". Эмоции самые положительные. Радостно отмечаешь, что после Дюма попадаешь как в "санта-барбару": всех тут знаешь, те же герои и локации. Только действие происходит помимо того же королевского двора, где то в соседнем квартале от гостиницы "Путеводная звезда". Но герои яркие, запоминающиеся, убеждённые гугеноты, католики, которых бесят гугеноты своей занудностью и убеждённостью, и остальные, которым вообще эти тёрки пофиг, лишь бы от них отстали...
После перечитывания сего романа столько лет спустя, можем сделать вывод, что роман Мериме несомненно удался; в развлекательной форме, он даёт чёткое представление о временах и нравах Франции времён гугенотских войн, противоречиях и народных настроениях. Если вас интересует историко-приключенческий жанр, то мимо Проспера Мериме ни в коем случае не проходите!

Был у меня период страстного увлечения правлением Карла 9 в целом и Варфоломеевской ночью в частности. Читалось все от известного романа Дюма до статей в Википедии, однако этот роман я, каким-то непостижимый образом, упустила.
Книжка совсем небольшая (всего то 100 с лишним страниц), к тому же и читалась она, несмотря на тематику, достаточно легко. Читая "Хронику Карла Девятого" сложно избежать сравнений с "Королевой Марго", однако оба эти романа пожалуй роднит только эпоха, в которой происходит действие. И если в "Королеве.." основными персонажами были исторические личности, то тут мы видим картину глазами рядового гугенота. Это молодой парень, Бернард Мержи, который приезжает в Париж, чтобы поступить на службу к адмиралу и таким образом проявить себя, получив возможность участвовать в настоящей войне.
Может показаться, что книга, описывающая Варфоломеевскую ночь, будет тяжелой и беспросветной, однако это не так. Повествование начинается незадолго до свадьбы Маргариты Валуа с королем Наваррским, между гугенотами и католиками заключен временный мир, хотя это не мешает им пакостить друг другу время от времени. Впрочем, и те и другие также находят время для встреч с таинственными незнакомками и дуэлей за свою и чужую честь. Все это Мериме описывает очень подробно, не без доли ехидства.
Также понравилось человечность главных героев. Это не всемогущие воины, способные порешить целый полк не запыхавшись и не святые, с уст которых, даже на смертном одре не сойдет ни одного крепкого словечка. Гугеноты априори не являются перед нами агнцами, а католики все как один безжалостными убийцами. Все относительно, как и в жизни. Тут даже есть персонажи отказывающиеся принадлежать к какой-либо вере и смотрящие на вражду с долей скепсиса, чего я не помню у Дюма (хотя и не берусь утверждать, что такого там не было, т.к роман помню лишь отчасти.)
Читать про саму Варфоломеевскую ночь, хоть она и занимает всего три последних главы, было очень сложно. Тяжело представить как тысячи людей, были готовы убивать своих же собратьев, вламываться в их дома, перерезать горло спящим мужчинам, женщинам, даже детям. Воистину, религия великое орудие в руках власти. С ее помощью можно отдать приказ на убийство тысяч невинных людей и прослыть не тираном, но освободителем. А затем помиловать тех, кто остался в живым (по чистой случайности) и заслужить еще и титул милосердного. Вспомнилается одна из арий из мюзикла "Последнее испытание":

Единственное, что не понравилось - это любовная линия. Она несколько суховата, возможно, из-за размера самого романа, все произошло слишком быстро и я в нее не поверила. Такое чувство, что автора она не слишком интересовала (и это понятно, там много куда более интересных тем). Да и чувств было мало, как для французского двора.
Однако, несмотря на все это книга все же понравилась я бы рекомендовала ее тем, кто интересуется этой эпохой или просто исторической литературой и не любит праведных и честных персонажей без единого черного пятнышка. Поверьте, тут есть чем поживиться.

В общем-то хорошая книга. Но, честно говоря, мне не понравилось. Повесть посвящена событиям Варфоломеевской ночи. Я уже подробно читала на эту тему у Бальзака и у Леони Фриды. Так что представляю себе и события, и главных героев более объемно.

Я согласна с основным выводом Мериме, что событие это произошло не по воле одного человека – короля Карла или его матери, Екатерины Медичи. Воля была у всего парижского населения – католиков. Они жаждали крови. Гражданская война между гугенотами и католиками шла уже не первый год и эта ночь – еще не конец. Религиозные войны в Европе бушевали тридцать лет, Варфоломеевская ночь – лишь один эпизод в жуткой череде гражданских и захватнической войн, чумы, осад, опустошений и голода.

Мериме пытается сказать: и гугеноты и католики –обычные люди, не чудовища. Например, братья де Мержи – по воле судьбы оказавшиеся по разные стороны баррикады. И символично, что когда брат убил Жоржа, тот, умирая, посылает к черту и католического священника, и протестантского пастора. Он не хотел этих распрей. Не хотел убивать и быть убитым. Хотел уехать как можно дальше от этого народа и этой страны.

Задумка повести отличная. Показать, что делает с нормальными людьми фанатизм. От куда рождается ненависть и человек превращается в зверя. Задумка – отличная. Исполнение неважное. Чтобы понять, что такое гражданская война во Франции – надо читать другие книги. Чтобы понять, что такое ярость толпы в Варфоломеевскую ночь, как легко люди превращаются в зверей – лучше читать Переса Реверте, он это видел, он умеет это изобразить в книге.

Пушкин некогда ради художественной мощи наделил Бориса Годунова бесспорной виной в детоубийстве. У Проспера Мериме юный болезненный Карл IX также берет на себя грех Варфоломеевской ночи. Правда, в отличие от трагедии русского поэта, французский король в романе фигура эпизодическая, почти проходная и малоинтересная. Мистификатор и романтик Мериме создал, пожалуй, самое реалистичное из своих произведений, но в центре – пламенная любовная интрига, а в ней с легкостью угадывается рука автора «Кармен» и «Коломбы». Интрига, которой мог бы позавидовать сам Александр Дюма – с живописно нарисованными дворянскими нравами, взглядом в парижские закоулки и театрально выписанными репликами. Жестокий исторический фон гражданской религиозной войны отражается в людях, привыкших к ежедневной смерти, но всё же суеверно окружающие себя оберегами и храбрыми речами.
Хитрый Мериме снабжает читателя историческим знанием, но заставляет наблюдать за легковесной авантюрой. Практически невозможно уследить, когда бесстрастный хроникальный тон сменяется иронией. И невозможно ответить на вопрос, любит ли автор своего главного героя, которому позволяет быть счастливым в дуэлях и любви, но отказывает в уме и зрелости. А Диана? Искусно завлекая Бернара Мержи в сети придворной любви, в минуту опасности она становится религиозной фанатичкой на грани безумия и истерики. Какие пласты человеческих нравов пытался вскрыть Мериме, выводя рейтара Дитриха в начале романа бравым и наглым офицером, а в финале, символично строя композицию, благородным и рассудительным воином? Резкими чертами очерчивая прямоту и недалекость Бевиля, писатель, тем не менее, витиевато сплетает коварно-призрачный характер барона де Водрейля. Читателю предлагается некий романный «шведский стол», где он может по вкусу выбрать себе авантюрное приключение о любви и магии или кровавый этюд о религиозном фанатизме и братоубийстве. Да, не всё у Мериме гомогенизируется, и слои отчетливо видны на небольшом пространстве текста. Но во всех эпизодах у него получилось найти эмоциональные крючки, которыми он прощупывает читателя.
А потому, пожалуй, «Хроника времен Карла IX» - это чувственная сублимация мучивших Мериме исторических вопросов. В публицистическом плане он всё четко изложил в предисловии. А дальше начался спектакль, пытавшийся воскресить далеких героев XVI века, суровых и пылких, умеющих любить и дружить посреди несправедливостей, интриг и смерти. Кажется, что Бог в растерянности и скорби застыл над этой картиной, не в силах заступиться за католиков или гугенотов, и трагедия разразилась. И в дальнейшей подлинной истории Мериме увидел, что за все ошибки, которые совершили реальные и выдуманные им герои, расплата последовала с фаталистской неизбежностью.
В 2005 году, когда я впервые прочитал роман, мне он показался этюдом. Уже тогда оценил мастерство Мериме-новеллиста и некую жанровую половинчатость. Но сейчас эстетическое удовольствие от текста заслонило жажду гармоничной формы.

В кругу мужской компании происходит разговор мужчин о ценности женской любви, о том, как её можно получить: купить, впечатлить своей красотой, оригинальностью или даже вызыванием жалости. Все насмешки и разговоры мужчин крутятся вокруг ценности женской любви.
Главный герой новеллы, влюбленный в красивую вдову, поддерживает милую беседу до тех пор, пока не начинают затрагивать имя его благоверной. Вдруг узнав, что она любила глупого напыщенного красавца, он мгновенно в ней разочаровывается. С этого момента его начинают мучать подозрения, он наполняется к ней иронией, подозрительностью, ревностью, злобой. В итоге доброе имя женщины "восстановлено", потому что не любила она глупца, а лишь насмехалась над ним.

Вся книга вызывает ужас того, как же мужчины тщеславны! Как им важно, кого женщина могла любить, и не любила ли она до него кого-то недостойного, достаточно ли она себя ценила и сберегла ли для него одного. Любит ли она его по-настоящему и не любила ли кого-то другого сильней. Как легко мужчины жонглируют женским достоинством, оценивают женщин и их любовь. Это кажется вопиюще циничным, если бы это не было правдой...

Что может быть полезнее увлекательной книги написанной 180 лет назад о событиях 440 - летней давности? Ничего не может быть полезнее! :)

Небольшой роман о приключениях гугенота Бернара Мержи во времена Варфоломеевской ночи читается на одном дыхании в течение вечера.

Давным-давно, когда я читал "Хроники..." в первый раз мне он почему то казался серьезно-историческим и очень близким к реальным событиям. Сейчас же я понимаю, что это чувство в подростковом возрасте возникало потому, что Мериме описывает более историю нравов (и делает это, безусловно, блестяще) на фоне неискаженных фактов. Предполагаю, что и исторические персонажи (Карл IX, Екатерина Медичи, адмирал Колиньи) описаны, хотя и неподробно, но гораздо ближе к реальности, чем у, например Дюма.

В отличии от того же Дюма, мне кажется, что вещи, о которых рассказывает в "Хрониках..." Мериме глубже и важнее для исторического произведения. Проблема выбора веры, гражданская братоубийственная в прямом смысле для героя книги война –вот о чем роман.

Короче, книга для тех, кто любит перечитывать умные и одновременно увлекательные книги!

Обручальное кольцо — залог любви. Обращался бы с ним господин Альфонсо поаккуратнее — остался бы жив. Но женился он больше по расчету, чем по любви, хотя невеста была молода и красива. И потому не считал обручальное кольцо (за тысячу двести франков!) чем-то символическим или священным. Когда кольцо стало мешать играть в мяч, он попросту надел его на палец античной статуе Венеры.
Кто же знал, что статуя не простая? Ночью Венера ожила и задушила "мужа", обручившегося с ней дорогим кольцом, в своих объятиях.
Думай, кому даришь кольца!..