Книжный вызовВаш трекер чтения книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
- Тише, молчать,- отвечал учитель чистым русским языком, - молчать или вы пропали. Я Дубровский.
Маша не обратила никакого внимания на молодого француза, воспитанная в аристократических предрассудках, учитель был для неё род слуги или мастерового, а слуга иль мастеровой не казался ей мужчиною.
Было бы корыто, а свиньи-то будут.
— Дубровский, ты труп! — От трупа слышу.
Незваный гость хуже татарина.
«На службу не напрашивайся...»
Стихотворцам нужен слушатель...
Вам, кажется, теперь не до смерти, сказал я ему, вы изволите завтракать; мне не хочется вам помешать...
Мы оба молчали от полноты сердца.
Умирать так умирать: дело служивое!
Англоман выносил критику столь же нетерпеливо, как и наши журналисты.
Молодой человек! если записки мои попадутся в твои руки, вспомни, что лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от улучшения нравов, без всяких насильственных потрясений.
("Капитанская дочка", глава 6 "Пугачевщина")
Боязнь, сопровождающая молодые наши проказы, составляет и главную их прелесть.
("Барышня-крестьянка")
Жива ли, нет ли, бог ее ведает. Всяко случается. Не её первую, не её последнюю сманил проезжий повеса, а там подержал да и бросил. Много их в Петербурге, молоденьких дур, сегодня в атласе да бархате, а завтра, поглядишь, метут улицу вместе с голью кабацкою.
("Станционный смотритель")
Нравственные поговорки бывают удивительно полезны в тех случаях, когда мы от себя мало что можем выдумать себе в оправдание.
("Метель")
Никогда злодейство не будет совершено во имя ваше. Вы должны быть чисты даже и в моих преступлениях.
По моему приказанию гребцы зацепили плот багром, лодка моя толкнулась о плавучую виселицу. Я выпрыгнул и очутился между ужасными столбами. Яркая луна озаряла обезображенные лица несчастных. Один и них был старый чуваш... Из Пропущенной главы
Однажды человек десять наших офицеров обедали у Сильвио. Пили по-обыкновенному, то есть очень много...
Жизнь армейского офицера известна. Утром ученье, манеж; обед у полкового командира или в жидовском трактире; вечером пунш и карты.