Люди сороковых годов

"- Но каким же образом вы отстоите права женщин, если напишете несколько возмутительных сцен?

• Если не называть пороков и не говорить об них, так и писать решительно будет нечего".

  Автобиографичный, по признанию самого автора, роман, написанный им в свое время для славянофильского литературного журнала "Заря" и весьма прохладно принятый читательской публикой тех лет, представляет нам любопытный срез общества - тем самых обитателей сороковых (роман о сороковых был написан в 1869 году, значит, время для обстоятельного анализа пережитого у автора было). Любопытен он прежде всего (для меня лично, разумеется) острым, едким, саркастичным взглядом и честной, думается (автобиографичная же, как-никак, вещь), рефлексией по поводу увиденного, хотя и верится во все прочитанное, мягко говоря, с большим трудом. Ну не может же такого быть, чтобы общество целиком состояло из глупых, тщеславных, самовлюбленных, легкомысленных типов и типажей, упорно не желающих видеть дальше собственного носа и заботящихся исключительно о своей, такой любимой персоне? Просто отказываюсь верить в подобное, даже при всей моей пессимистичности жизненных взглядов в последнее время...

  Странные люди населяют мир романа Алексея Писемского (вот с этого момента отчетливо понимаю, что мне с его произведениями точно не по пути). Все из них как один хотят быть счастливыми, но счастье видится им какой-то автономной субстанцией. Они не заботятся не только о собственном будущем, отказываясь признавать то, что у любых поступков бывают свои - зачастую трагические и бесповоротные - последствия; они априори не желают замечать чужих чувств и переживаний, нанося обиду ближним и даже не скрывая этого, оттого отношения между мужчинами и женщинами в этом произведении носят явно трагикомический характер (у меня в голове беспрестанно вертелась одна-единственная формулировка всего происходящего здесь - фарс).

  Дворянин Павел Вихров, выпускник университета (по математическому факультету, кандидат), идеалист, конечно, - куда же без идеалистических настроений в молодые-то годы! - жорж-сандист, как он пытается уверить нас в том, играет в любовь, в политику, в литературу - пробует свои силы на разных поприщах, что, однако, не мешает разочароваться ему в конце книги во всем абсолютно ("В России нельзя честно служить! - заявляет он со всей категоричностью и думает даже податься в актерскую братию, театр тоже его всегда привлекал).

  "Сам ли я ничтожество или воспитание мое было фальшивое, не знаю, но сознаю, что я до сих пор был каким-то чувствователем жизни - и только пока". - очень меткое и точное определение дает самому себе герой - он действительно лишь чувствователь, нет в нем деятельной жилки...

  Странные недооотношения с Мари, Фатеевой, Груней, Юлией - ощущение по ходу романа, что читаю нечто французское - Мопассана или Бегбедера. Павел в очередных отношениях пытается забыть свою первую неудачную любовь (спойлер: не выходит никакими усилиями), разбивая сердца и разрушая судьбы любящих его женщин. Понятное дело, что в их несчастье виноват не он лишь один, отношения ведь строят двое, но и женщин отчего-то жаль. Не понимаю только, чем так их всех привлекал Вихров? Привлекательной наружностью, быть может? Хотя автор ни разу о том не обмолвился. Вероятно, неким манящим ореолом писательского гения - Павел писал книги, через них же, к слову, и пострадал: в сороковые годы писать все что тебе вздумается было весьма и весьма опасной затеей... - "Я ехал торжествовать свои литературные успехи, а тут приходится отвечать за них".

  Кстати, о сочинительских трудах героя. Его странной позиции не признаю не только я - остальные персонажи тоже часто нелестно отзываются о ней. Рассказать миру о творящейся грязи, несправедливости, чернухе - это не значит искоренить их. Читатели не дураки, и все перечисленное наверняка много раз наблюдали и сами, так зачем же об этом еще и писать, и так подробно описывать? В книгах, напротив, должно давать образец порядочного поведения, того, к чему в жизни нужно стремиться. У меня потому и скептическое отношение к книге самого господина Писемского. Вот не в первый раз он уже дает нам в своих книги образчики подлых, лицемерных, низких людишек, о которых очень уж неприятно читать (это я сейчас имею в виду прочитанный мною его роман Алексей Писемский - В водовороте ).

  Да и зачем герою писать о том, во что он сам, как мы убеждаемся позднее, не верит совершенно? В романе он, видите ли, защищает женщин. Да, он же у нас жорж-сандист (хотя читала романы Жорж Санд Жорж Санд - Консуэло и Жорж Санд - Графиня Рудольштадт и нигде не встречала у нее восхваления гулящих женщин, как это делает Павел). На деле его уважение сводится лишь к тому, что он пытается как-то образовать необразованную любовницу (она не читала даже Гомера, что для него чуть ли не одно из самых жутких преступлений), мирно разрывает с ней отношения, что называется "без драм" (она умоляет его жениться на ней, а он ей: "Тебе не нравятся мои книги"), сочувствует несчастным замучанным крестьянкам...

  Все умозрительно, все исключительно на словах, бесконечные разговоры и философствования. Пока его ровесники добиваются карьерных высот, он продолжает утопать в своих бесконечных фантазиях.

  "Ох уж эти мне нравственные люди!.. А посмотришь, так вся их жизнь есть не что иное, как удовлетворение потребностям тела и лицемерное исполнение разных обрядов и обычаев", - думал он, и ему вдруг нестерпимо захотелось пересоздать людские общества, сделать жизнь людей искренней, приятней, разумней. Но как - он и сам не мог придумать, и наконец в голове его поднялась такая кутерьма: мысль за мыслью переходила, ощущение за ощущением, и все это связи даже никакой логической не имело между собою; а на сердце по-прежнему оставалось какое-то неприятное и тяжелое чувство".

  Вскоре - и тоже весьма закономерно - оказывается в ссылке, имя его все больше связывают с грязными сплетнями (то он открыто сожительствует с замужней женщиной и даже снимает с ней флигель, то он в любовных отношениях с собственной горничной Груней, флиртует с младшей сестрой своих закадычных приятелей Захаревских, Юлией). Когда на горизонте вновь появляется Мари - его кузина и его первая любовь, променявшая его чистую юношескую любовь на практичного артиллериста - все окончательно летит в тартарары...

  "Возраст Ромео для него уже прошел, настала более рефлексивная пора - пора Гамлетов". - иронии автора по отношению к персонажу, конечно, не отнять)

  4/5, некоторые люди, видимо, просто не знают, что делать с собственной жизнью, потому что иначе этот фарс я объяснить не могу...

Я убеждена, что историю нужно изучать по классическим литературным произведениям, ибо никто лучше современников не расскажет о своей эпохе во всех её проявлениях, о радостных и печальных жизненных вехах. И если сугубо исторический труд нам поведает хронологию событий и их влияние на ход времени, то литературное художественное произведение покажет действительность определённого времени через призму восприятия их людьми. Все события пронизаны бытом народа, а оценка их подаётся устами и эмоциями тех, кому выпала судьба испытать влияние времени непосредственно на себе.

С первых страниц романа "Люди сороковых годов" я начала "жить" в России первой половины 19 века. Сложное время, сложные человеческие взаимоотношения, сложная система государственной службы, зарождающиеся литературно-политические течения и, конечно же, масштабная, но печальная веха в истории нашего Отечества - крепостное право. До его отмены остаётся около двух десятков лет, но уже сейчас романтические и смелые умы нарочно или ненароком задаются вопросом о смысле земельной крепости крестьян.

Главный герой, Павел Вихров, воспитанный и хорошо образованный молодой человек, получил в наследство от отца прекраснейшее имение Воздвиженское и 300 душ крепостных. Казалось бы, он прожил в этой системе всю жизнь, но ему, тем не менее, сложно осознать и принять печальную действительность. Романтичный барин мечтает о лучшей доле огромной страны, пылает страстью к литературе, любит достойных и не очень дам, неплохо пишет повести и даже романы о жизни простых людей, о сложной судьбе женщин в России посленаполеоновского периода. Он мечтает принести пользу своему народу тем, что своим орудием - пером - он провозгласит новые идеи и ценности, и тогда, возможно, что-то изменится к лучшему. Ведь не может не измениться! Но идеалы Павла рушатся по мере его становления и вхождения в реальную жизнь чиновничества и сложнейшей устоявшейся государственной машины, которая вовсе не намерена модернизироваться.

Нет, мсье Вихров отнюдь не праздный мечтатель и зажравшийся барчук. Он - человек грядущего поколения, которое спустя 70 лет изменит мир, изменив его в отдельно взятой стране. А пока здесь всё идет своим чередом, и пылкие революционеры никому нежелательны. Система найдёт на таких управу. Правда, раздавить сможет не всех. Личность Павла сильна, он выстоит и сможет на какое-то время примириться с участью. Но не изменит своих воззрений.

Крах человеческих иллюзий в романе не предстаёт трагически. Скорее, нам показаны правдивые жизненные уроки, которые мы, люди уже совсем иной эпохи, извлекаем в своей сверхцивилизованной жизни каждый день. И наша задача - несмотря ни на что сохранить свой внутренний стержень и здоровую веру в свои мечты, а также в то, что рано или поздно устаревшая система изживёт себя, и на смену ей придёт новое, более подходящее для прекрасных дел время. Именно таким человеком и остался Павел, продолжив свой жизненный путь, несомненно ещё не раз круто извивавшийся - с открытой душой, чистыми помыслами, поднятой головой и с любовью в сердце.

Из всех отечественных классиков вне школьной программы (или не особенно глубоко там представленных) девятнадцатого века я больше всего люблю Лескова, он прекрасен. А вот, например, маме моей он совершенно не заходит. Как говорится на вкус и цвет, вот посоветую ей Писемского. В продолжение этой мысли, в мои юные годы о Писемском в школьной программе даже не упоминалось, как-то он оказался за бортом, хотя, на мой взгляд, он достаточно монументален для изучения (и понятен, и доступен, и интересен). Хотя, положа руку на сердце, его В водовороте впечатлило меня сильнее. Это не значит, что "Люди сороковых" хуже, это значит, что субъективно, в сравнении, они все-таки иные и возможно, не будь Водоворотов, я бы оценила максимально высоко эту книгу. За долгие страницы весьма приличного объема привыкаешь к героям и всему, что с ними происходит, а автор еще так вкусно все это рассказывает, классически, с характерами, развитием событий и неуловимым духом тогдашнего времени. Однако, если первая половина книги вполне подходит для школьной программы, то вторая будет оценена только при наличии уже куда большего жизненного опыта. Между тем, книга хороша прежде всего способностью прекрасно презентовать то, чем жили люди полуторастолетней давности. Чем дышали, как реагировали с учетом норм общественной морали и социальных правил поведения. И можно убедиться, что, с одной стороны, в человеческих слабостях происходит все то же, а с другой - как все же иначе реагирует окружение. Так, например, описание Еспера Иваныча (вот имечко редчайшее!) - тайком обрюхатил горничную маменьки, был бы рад ее самоубийству, а все потому что "кристальной честности человек" и "великий стыд перед обществом имел". Охо-хо, при этом потом ему ничего не мешало обустроить тишайшее удовлетворение своих потребностей и ханжеское попечение своего бастарда - все-таки сейчас не воспринимается мне такое как кристальная и стыдливая благодетель. Ну да ладно, в современном обществе свои загоны. А Клеопатра эта? Оооо, что за женщина, боги мои! Поразительный ужас и кладезь симптомов для современного психолога)) А я еще поражалась, читая не так давно про судьбу Луизы Деманш, почему она так себя ведет? А тут можно сказать стиль поколения? Хотя судьба ее не слишком завидна в целом и ее мне просто жалко. Салов из этой же серии, но вызывает неприязненную дрожь иначе. Ну просто впечатляет, да. Жалко будет и Грушу. И даже носатую некрасивую девицу Катруш, у нее, впрочем, получилась важная миссия. Женщинам в этой истории вообще будет дана важная роль, но по большей части печальная судьба. Ведь именно бесправное и негуманное существование их побудит Вихрова к написанию опуса и приведет к неожиданному времяпровождению В последнем, к слову, он все то же будет наблюдать, о чем написал, и эта линия в книге, я считаю, крайне важна. Автор чудесен и тем, что пишет о современниках, то есть не совсем тут лубочная картинка, тут живые люди, правила и особенности жизни. И мы узнаем их вместе со взрослеющим Павлом Вихровым, который наделает немало ошибок и набьет немало шишек. Времена идут заката крепостнического права, но люди-то еще не знают, что их ждет, и живут по старинке. Это тоже ощутимо. Как и весьма специфичная гибкость морали. Кстати, мне кажется, если бы даже самый начитанный наш современник попал бы в то время, он, возможно бы выжил, но вряд ли бы серьезно преуспел - поведенческие модели и "понимание момента" принятия любого решения очень сильно иное. Вот даже Вихрову, хоть он и того воспитания, крайне тяжело и многие вещи вызывают непонимание. Он действительно постарается приложить усилия и исправлять то, что считает несправедливостью. и пройдет на этот поприще большой путь. При этом не сказала бы, что Павел эдакий образчик эталона чистоты и идейный борец, он человек с целым букетом слабостей. Хотя роман указывает на сороковые, но по факту затронет больший промежуток времени, в финале персонажи будут беседовать уже после Крымской войны. Роман получился большой не только по объему, но и по поднимаемым темам, по глубокому взгляду на происходящее, Писемский развернул прекрасную панораму. Любителям исторических романов рекомендую.