Он не хотел выиграть. Он лишь бросал вызов.

— Все мы — как мыши в мышеловке.

Мы хотим умереть, и поэтому мы здесь.

ты сильней чем думаешь.

– Давайте будем идти, пока не уйдем от дождя

Тогда я представил ему свои неоспоримые аргументы. – О, как интересно, – улыбаясь сказал Макврайс. – Какие же? – Сказал, что, если он немедленно не отвяжется, я ему врежу.

Его тень уродливым карликом скорчилась у ног.

Человек на многое способен, когда на кону оказывается его жизнь.

Макфрис порылся в кармане и вытащил пачку сигарет.

— Куришь?

— Нет.

— Я тоже, — он сунул сигарету в рот, зажег ее и затянулся.

"— Да, в любых часах сидит своя кукушка..."

Обидно - так ожидать чего-то, а под конец разочаровываться. Может, это и есть настоящая правда жизни?

«Отче наш, иже еси на помойке, да позорится имя твоё.»

«Нет отдыха для проклятых».

Зачем я здесь?» — спрашивал себя он снова и снова. Ответа не было».

Все они задохнутся здесь, под шестью футами темноты, крича и царапая сломанными ногтями крышки своих гробов. Священник наверху будет читать молитвы, а скорбящие родственники - шаркать ногами, торопясь на свежий майский воздух. И скоро они услышат шелест мириадов червей и жуков, спешащих к ним...