Ведь что такое святость? Обычно человек обретает ее, когда ему удается преодолеть свою земную природу, оторваться от проблем этого мира, отказаться даже от того, что ему разрешено, и таким образом прикоснуться к святости. Но есть и иная, высшая святость – Святая святых. Чтобы подняться до нее, необходимо наделить святостью наши повседневные проблемы, так, что они сами станут частью высшего мира. В таком случае мы едим и пьем, путешествуем и наслаждаемся радостями этого мира, живем обычной жизнью, не отказываясь ни от чего, что разрешено Торой, – и сам Всевышний всегда находится рядом с нами. Так дерево и ткани, из которых был построен Мишкан, стали как бы местопребыванием Всевышнего, который избрал их Своей главной резиденцией в этом мире – Он, вмещающий в Себе все миры, – и тем самым священным центром святого Иерусалимского Храма.
Когда человек удостаивается такой святости, он уже не обязан произносить вслух Имя Всевышнего. Сам Шломо, его тело, душа и поступки были постоянным напоминанием о Нем. Можно объяснить это и по-другому. Наши земные дела по природе своей отдаляют нас от Всевышнего, препятствуют соединению с Ним, – такова суть земных радостей. Однако если нам удается возвысить эти земные радости так, чтобы они не отдаляли нас от Всевышнего, а соединяли нас с Ним, то они сами приобретают высшую степень святости. И чем больше наслаждение, которое они нам доставляют, тем выше поднимают они нас по ступеням святости, тем большим благословением одаривают, тем глубже проникают в высший, лучший мир. Не бывает высшей святости, чем эта.