"Потом, взвалив на плечо все три мешка, словно рождественский Санта-Клаус, я вышел из квартиры, чтобы избавиться от тела Роджера."

Я знаю, что человеческая душа превзошла природу, и для этого душе понадобилось лишь научиться ценить красоту!

Ад должен стать местом, где они увидят последствия своих действий, но с полным милосердным пониманием того, как мало сами знали до этого.

Пойдемте, - сказал я остальным. - Попробуем попасть на небеса. Приложим к этому все усилия! Сколько нас? Тысячу раз по десять? Миллион? Какое это имеет значение! Господь сказал, десять, но имел в виду как минимум десять. Идемте!

Разве есть в мире мука страшнее, чем видеть, как страдает твое дитя?

Возможно, это и есть ад. Ты лишаешься разума, и тобой мгновенно овладевают все демоны, ко-торых ты когда-либо призывал.

На самом деле Маарет была единственной, кого ему стоило опасаться. Полагаю, мы оба это знали. В моих воспоминаниях о ней, однако, не осталось и тени ощущения исходящей от нее угрозы – только тайна, загадочность существа, сумевшего пережить тысячелетия, столь древнего, что каждый жест этого существа кажется движением ожившего мрамора, а его голосом с нами словно говорит все человечество.

Недремлющий разум и ненасытный характер!

- Но пришел страх - страх, когда сознаешь, что даже умерев, можешь ничего не понять, что ничего может и не быть...

• Да. А теперь я опасаюсь чего-то худшего. Того, что, несомненно, нечто существует, и оно, может быть, хуже, чем ничто.

Ведь я не люблю даже себя самого. Естественно, я принимаю себя таким, каков я есть, и останусь преданным себе до последнего своего часа. Но я себя не люблю.

...по-прежнему оставаясь все тем же бесстыдным, тщеславным, самодовольным существом, лишь временно и случайно утратившим уверенность в себе.

Думаю, ты уже узнал обо мне достаточно, чтобы понять, что я был столь же тщеславен, как и ты, а кроме того, меня никогда не покидала убежденность в собственной необыкновенности и вера в судьбу.

Сатана, - или как там тебя еще величают...

• Не смей называть меня так - я ненавижу это имя!
• Прекрасный повод, чтобы в беседах с тобой повторять его снова и снова.

Знаешь, не слишком удобно разгуливать с черными крыльями за спиной и козлиными копытами. Да и смертных они почему-то мгновенно приводят в ужас.

В Новом Орлеане все видят призраков.

Приятно сознавать, что мой убийца сообразителен и способен разумно мыслить.

"«Прекрасно, друг мой, покойся с миром на этом кладбище», - мысленно попрощался я со своей жертвой, зарывая мешок в самую глубину скопища битых бутылок, раздавленных жестяных банок, гниющих фруктов, обрывков картона и тряпок, обломков дерева и тому подобного хлама."

«Мне не нужно гимнов, Мемнох», — молвил Он.

«Тогда зачем мы поем?»