Там, откуда ушли реки

Пустыня, несмотря на схожесть со словом «пустота», отнюдь не пуста. В целом суровый климат и критические для организмов перепады температур, тем не менее, не мешают развитию животного и растительного миров. В пустынях – десятки видов растений и сотни животных, которые вполне себе неплохо сосуществуют и в целом живут. И пускай флора и фауна не настолько разнообразны как, например, в тропических лесах, тем не менее они по-своему уникальны.

Но не только.

Пустыни — это еще и история. Именно там археологи находят старинные поселения, которые в других местах уже утрачены. Законсервированные жестким климатом, они остаются практически в первозданном виде. Заброшенные, забытые: символы памяти и забвения.

Из барханов торчат остатки бывшего когда-то леса, обглоданными скелетами распростерлись изрытые временем стены древних городов.

Мариковский рассказывает о своем путешествии в пустыню Сарыесик-Атырау будто о чуде. В какой-то степени это оно и есть: новые виды, новые горизонты, новые эмоции. Оперируя научными терминами, но подкрепляя свои слова безграничным уважением к природе, автор превращает «Там, откуда ушли реки» в не совсем научную и одновременно не совсем популярную литературу. Почти художественное произведение о том, как разнообразен и красив может быть мир и все в нем.

С барханов на солончак ночью заполз песчаный удавчик. Ему повезло. Он отлично поохотился, кого-то съел и раздулся до неузнаваемости - настоящая колбаса. Сытого удавчика одолевает лень. Ему бы возвратиться на бархан, где так легко зарыться в песок. Нашёл первую попавшуюся норку, но в неё поместилась только передняя часть тела, остальное осталось торчать снаружи. Осторожно вытащил его из норки, чтобы сфотографировать, и положил на чистое место. Ему бы, такому сильному, вырваться из рук, убежать, но куда там, если живот набит до отказа. Свернулся пирамидкой, лежит, даже язычок высунуть ленится...

И такой любовью и нежностью к окружающему миру наполнена вся книга, с первых и до последних строчек. От весны до зимы в пустыне Сарыесик-Атырау в Прибалхашье.

Мариковский настолько внимателен и чуток к природе, что я просто поражаюсь. Этой деликатности и бережности к природе автор делится и мягко, не заметно для самих себя, учит читателей книги. Учишься любить, беречь и ценить окружающий тебя мир так незаметно, так радостно, широко открытыми глазами, что не замечаешь, как уже любишь этот мир вокруг себя. Любишь этих вот насекомых, растения, животных, цветы и деревья далёкой пустыни. Они тебе не чужие, а свои, знакомые и от этого, от этой радости, мне хочется тихонечко попискивать от восторга. И рассказывать другим людям, как же удивителен мир вокруг нас.