Смерть Ахиллеса

Я купил свежие бубрики, самое лучшее, что есть в России после женщин, – печально ответил слуга. – Суп из прокисшей капусты, которым здесь все питаются, просто ужасен, но бубрики – прекрасное изобретение. Я хочу напоследок потешить свою хара, прежде чем разрежу ее кинжалом.

К каждой женщине нужен свой подход, господин. Худые любят сладости, толстые – цветы.

Певица, красавица, не вполне кокотка, но что-то вроде этого.

Судьба-дама с причудами.

Эраст Петрович не знал, что на это сказать, но, к счастью, его участия в разговоре, кажется, и не требовалось.

Кажная тля норовит свой кусок урвать!

Всякая нормальная женщина, от которой только что ушел один гость и вот-вот придет другой, бросится не к окну, а к зеркалу.

Какая-то царица амазонок. Легко было представить, как она сводит с ума мужчин этакими стремительными переходами от высокомерия к покорности и обратно.

— Что ж, с Богом. Большое дело. Или грудь в крестах, или голова в кустах.