Цитаты из книги Inferno

Здесь древний сонм и новый сонм цветет, И празднует свой подвиг величавый, Под сыном бога и Марии, тот,

Кто наделен ключами этой славы.

О, до чего прекрасный собран злак Ларями этими, и как богато, И как посев их на земле был благ!

И быстроту свою, и свой объем Все семеро представили мне сами, И как у всех — уединенный дом.

С нетленными вращаясь Близнецами, Клочок, родящий в нас такой раздор, Я видел весь, с горами и реками.

Потом опять взглянул в прекрасный взор.

Тогда я дал моим глазам вернуться Сквозь семь небес — и видел этот шар Столь жалким, что не мог не усмехнуться;

И чем в душе он меньший будит жар, Тем лучше; и к другому обращенный Бесспорнейшую мудрость принял в дар.

- О пламенные звезды, о родник Высоких сил, который возлелеял Мой гений, будь он мал или велик!

- Петр начинал без злата и сребра, А я — молитвой и постом упорным; Франциск смиреньем звал на путь добра.

И ты, сравнив с почином благотворным Тот путь, каким преемники идут, Увидишь сам, что белый цвет стал черным.

Хоть в том, как Иордан был разомкнут И вскрылось море, промысл объявился Чудесней, чем была бы помощь тут.

- Столь многое земному телу любо, Что раньше минет чистых дум пора, Чем первый желудь вырастет у дуба.

- Те стены, где монастыри цвели, — Теперь вертепы; превратились рясы В дурной мукой набитые кули.

Не так враждебна лихва без прикрасы Всевышнему, как в нынешние дни Столь милые монашеству запасы.

Все, чем владеет церковь, — искони Наследье нищих, страждущих сугубо, А не родни иль якобы родни.

- Ходили Кифа и Сосуд Избранья * Святого духа, каждый бос и худ, Питаясь здесь и там от подаянья.

А нынешних святителей ведут Под локотки, да спереди вожатый, — Так тяжелы! — да сзади хвост несут.

И конь и всадник мантией объяты, — Под той же шкурой целых два скота. Терпенье божье, скоро ль час расплаты! -

(Примечание: Кифа - апост. Пётр, Сосуд Избранья - апост. Павел).

- О предопределение, в каком Скрыт недре корень твой от глаз туманных, Не видящих причину целиком!

Ваш суд есть слово судей самозванных, О смертные! И мы, хоть бога зрим, Еще не знаем сами всех избранных.

Мы счастливы неведеньем своим; Всех наших благ превыше это благо Что то, что хочет бог, и мы хотим.

- Из тел они взошли как христиане, Не как язычники, в пронзенье ног Тот как в былое веря, тот — заране.

Одно могу сказать про то мгновенье, — Что я, взирая на нее, вкушал От всех иных страстей освобожденье,

Пока на Беатриче упадал Луч Вечной Радости и, в ней сияя, Меня вторичным светом утолял.

«Оборотись и слушай, — побеждая Меня улыбкой, молвила она. — В моих глазах — не вся отрада Рая».

- Ослепший бык повалится скорей Слепого агнца; режет острой сталью Единый меч верней, чем пять мечей.

Как, меньшими и большими мерцая Огнями, Млечный Путь светло горит Меж остий мира, мудрецов смущая,

Так в недрах Марса, звездами увит, Из двух лучей, слагался знак священный, Который в рубежах квадрантов скрыт.

Здесь память победила разум бренный; Затем что этот крест сверкал Христом В красе, ни с чем на свете несравненной.

- Ведь очень часто торопливость дум На ложный путь заводит безрассудно; А там пристрастья связывают ум.

И хуже, чем напрасно, ладит судно И не таким, как был, свершит возврат Тот рыбарь правды, чье уменье скудно.

- Да будет то свинцом к стопам твоим, Чтобы ты шел неспешно, как усталый, И к «да», и к «нет», когда к ним путь незрим;

Затем что между шалых — самый шалый, Кто утверждать берется наобум Их отрицать с оглядкой слишком малой.

- И в том ты прав, что естество земное Не ведало носителей таких И не изведает, как эти двое.

- Когда ж Любовь, расположив Прозренье, Его печатью Силы нагнела, То возникает высшее свершенье.

- Ты видишь, как на щепки ствол сечется И почему я оговорку ввел:

«Где тук найдут все те, кто не собьется».