Нелишний человек.
0. Для тех кто не любит многобукв, рецензия одной фразой: "Познавательная эклектичная автобиография одарённого и самоотверженного ранее советского, а ныне американского микробиолога, врача, литератора, еврея, экс-диссидента."
1. В целях беспристрастной отстранённой оценки чего угодно, и в частности книг, удобно входить в роль инопланетян, желательно тысячелетий 5 находившихся в анабиозе (например, марсианских ледяных воинов). Итак, внезапно пробудившись и проанализировав земную художественную литературу, мы увидим основные подвиды человеческой расы: аутсайдер-неудачник со скрытыми сверхспособностями, которые проявляются только под особым внешним воздействием; "лишний человек" артистической философской натуры, тратящий энергию в основном на рефлексию; человек непродуманных инстинктивных действий; одержимый злодейскими идеями гениальный маньяк; ну в общем примерно и всё. Человеческая цивилизация неустойчива и её самоликвидации следует ожидать в ближайшие 25 лет - решают ледяные воины и впадают обратно в анабиоз.
Но мы-то с вами знаем, что живые люди, у которых есть умение и желание создавать, которые не являются жертвой пагубного влечения/страсти/привычки, не особо настаивают на немедленном уничтожении Вселенной или хотя бы всего живого - вообще-то существуют. Просто в книги они попадают реже: то ли писатели с такими личностями не желают иметь дела, то ли такие герои меньше нравятся читателям, за занудство.
В "Охоте на Рыжего Дьявола" нам представлен как раз такой "нехудожественный" главный герой.
2. Очень здорово читать параллельные потоки повествования: они здесь не художественный прием, писатель-главный герой действительно мыслит (и следовательно существует) одновременно в нескольких пространствах - научном, культурном, личном. После рассказа о неприятностях, в которые может попадать таксист, мы оказываемся в насыщенном растворе из биологических терминов и вариантов решения медицинских проблем, затем оседаем в спокойную семейную обстановку. Стилистически и эмоционально текст перекрашивается, подстраивается под тему: вот идёт методичное перечисление фамилий знакомых, которым автор чем-то обязан, и речь его приобретает интонации, будто мы его двоюродная тётушка, зашедшая на чашку чая послушать последних новостей. Вот идёт увлечённый рассказ о микробиологических изысканиях, и к нам обращаются, как к подающим надежды студентам, зашедшим на факультативный спецкурс, или к верному ассистенту. Вот идёт простое описание рыбалки или относительно забавного случая из жизни, и автор говорит _типа_ со случайным попутчиком в купе поезда. Должен заметить, что грозди имён и фамилий знакомых, друзей, коллег, которые щедро рассыпаны почти на каждой странице - создают дискомфорт, как по мне. Наверное, living outnumbers the dead: раньше было меньше людей, и их легче было запоминать :) ; плюс крушение старых систем ценностей и мировосприятия тех времён - умам и душам мало за что было хвататься, имена и фамилии людей, на которых можно опереться - как созвездия для моряка, ориентир в темноте, "я с ними - значит, я на правильном пути".
3. Самое ценное в литературе как искусстве - не то, что изложено словами напрямую, а что передано помимо слов: между строк, между слогов; напряжение пауз, очертания фраз, скрытый ритм, архитектура текста. И вот этот драйв - он требует не только умения и таланта, но и вдохновения, причастности, одержимости. Вдохновение овладевает автором - по моим ощущениям - когда он пишет о бактериофагах, разновидностях инфекций, интересных случаях из медицинской практики. Слог льётся легко! хоть научный он и полон терминов - передаётся внутренний полёт, воля, дрожь предвкушения. Кончилась медицинская страничка - и мы вместе спотыкаемся о быт или политику, сбавляем темп, медленно пережёвываем тщательно приготовленные описания происходящих событий.
Ну, стало быть, наш персонаж только там чувствует себя полностью живым, среди бактерий и вирусов, мышей и пробирок? Или игра на публику? художественное преувеличение? - вряд ли.
Вот такая книжка.
1 понравилось
