Око закона. История одной метафоры

Выражение это стало довольно старомодным. В зависимости от того, как произнесено, и от самой ситуации, оно может звучать иронически, успокаивающе или же предостерегающе. Но что скрыто за странно антропоморфной метафорой "закона", у которого есть око, которое никогда не дремлет и "все" видит? В своем эссе Михаэль Штолльайс прослеживает переплетение различных традиций, связанных с этим образом. Образом, история которого ярко иллюстрирует изменения в наших правовых представлениях от античности до диктатур XX в.

Жанры

Рейтинг LiveLib

5,0

1 оценка

5
100%
4
0%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 1Хотят прочитать 8

Рецензии

ViachKon23 апреля 2020 г.
ИМАГОЛОГИЯ ЗАКОНА: ОТ ОКА ГОСПОДНЕГО К ГЛАЗУ ПОЛИФЕМА
Богоподобие и бесчеловечность опасно близки друг к другу. Сияющее око Господне и глаз во лбу попирающего законы пожирателя людей Полифема в равной степени являются проекциями человека…
Известнейший германский историк права М. Штолляйс в своей книге пытается проанализировать развитие образа «око закона» в правой мысли, юридической практике (к примеру, в символьных рядах обмундирования служащих), да и в более широком культурном контексте (древнее и современное изобразительное искусство, поэзия и т.д.).
Тема данной книги может показаться экстравагантной для большинства отечественных правоведов. К сожалению, «юридическая имагология» (т.е. наука об образах, связанных с правом) в нашей стране совершенно неразвита, чего, кстати, совсем не скажешь, к примеру, о «политической имагологии». Тем не менее, данное направление исследований чрезвычайно много может сказать о трансформациях правового мышления в ходе истории и, соответственно, осветить те иррациональные элементы правовой реальности, которые прежде находились в тени.
Несмотря на сравнительно малый объем (70 страниц небольшого формата), данная работа крайне «насыщенна» мыслью и информацией. Ввиду сказанного, представляется возможным кратко поговорить о каждом из семи составляющих работу разделов.
В первом разделе автор как бы прощупывает почву собственного исследования. Это его первый методологический шаг. Он обращается к поздним, датируемым XIX-XX веками, источникам: справочникам, пословицам, современному искусству, архитектуре и карикатуре. В конце концов, М. Штолляйс приходит к мнению, что на данный момент образ «око закона» оказался совершенно забытым.
Во втором разделе автор расширяет хронологию и сферу поисков. Он обращается к изучению средневековых иудео-христианских, каббалистических, исламских источников. Завершает же он на мистике барокко, то есть на раннем Новом времени, когда возникли современные государства. В ходе изысканий Штолляйс устанавливает родство образа «око закона» с «оком господа».
Третий раздел составляет изучение греко-римского и египетского наследия. В ходе своих рассуждений в настоящем и предыдущем разделах Штолляйс приходит к выводу о том, что «око закона» напрямую восходит к образу ока Господа. Также, в третьем разделе рассматривается бытовавшее во время возникновения рассматриваемого образа смешение языков политики и социологии, что позволяет перейти к четвертому разделу.
В четвертом разделе рассматривается иконография раннего Нового времени, совместное существование образов: монарх, над которым парит лишь всевидящее око Бога, что было призвано, естественно, подчеркнуть как происхождение власти, так и особое положение монарха, его суверенность (над ним только Бог). Соответственно, исследуется кратко и понятие суверенитета. В конце раздела Штолляйс обращает внимание на то, что постепенно «Око Господа» перестает использоваться, что связано с дерогацией облика «праведного христианского государя».
В пятом разделе констатируется процесс секуляризации, переход божественных атрибутов на земного правителя и уподобление закона божественному акту. В конце раздела Штолляйс говорит о постепенной деперсонализации власти, когда на место божественности монарха приходит божественность закона.
Шестой раздел посвящен эпохе сакрализации писаного права, эпохе «правления закона», а точнее – Конституции. Именно в этот период образ «ока закона» получает наиболее широкое распространение и метафизическую силу, что совпадает с двумя ключевыми революциями XVIII столетия и возникновением понятия «правовое государство».
В седьмом завершающем разделе Штолляйс рассматривает процесс нейтрализации и прагматизации закона в ценностно плюралистичном обществе. Закон становится пустым, превращается в сиюминутный компромисс властвующих сил и групп интересов:

«В содержательном отношении закон пуст. Он может вобрать в себя все, что угодно, и указать тому определенное место в нормативной иерархии…».
В сухом остатке перед нами уникальная по своей направленности и методологии работа выдающегося ученого; работа, способная сказать нам кое-что новое о ситуации, в которой мы находимся. Рассматриваемый в работе символ играет роль "точки наглядности", которая способствует уяснению скрытых от непосредственного касания, подспудных течений европейского духа: метафизики, теологии и т.д.
Иными словами, горячо рекомендую Вам данную работу. Она небольшая, умная и чрезвычайно интересная.
P.S.
Впрочем, у данного издания есть и ряд недостатков, связанных, преимущественно с переводом. Под рукой у меня, увы, не было оригинального текста, поэтому оценить точность перевода в целом мне сложно. Но некоторые недостатки бросаются в глаза. К примеру, работа Моля из «науки о полиции» (или «полицейской науке» - Polizeiwissenschaft, т.е. дисциплины о внутреннем порядке и управлении сообщества) стала «наукой о городах». Некоторые решения переводчика, вероятно, точны, но сомнительны с точки зрения русского языка: к примеру, «христианность», «дефинируют себя» (по-русски это «определяют себя», «самоопределяются») и т.д. Но это все в общем-то мелочи, которые не способны затмить уважение к проделанному А.В.Дорониным труду.
Читать далее
8
365

Все рецензии

Цитаты

ViachKon23 апреля 2020 г.
Богоподобие и бесчеловечность опасно близки друг к другу. Сияющее око Господне и глаз во лбу попирающего законы пожирателя людей Полифема в равной степени являются проекциями человека…
0
83
ViachKon23 апреля 2020 г.
Современный закон, принимаемый парламентом, лишен какой бы то ни было метафизики. Это регулируемый обществом текст, нормативный импульс, притом те, кто инициировал его, никогда точно не знают, как он будет действовать и как изменит общество. В этом смысле закон стал слепым. Он уже не может символизировать денно и нощно бдящее око. А потому «око закона» как пригодный для современного мира образ, обладающий оптимистической силой убеждения, безвозвратно кануло в Лету.
0
81
ViachKon23 апреля 2020 г.
Французская революция приветствовала закон как избавление от тирании и прямой, магистральный путь к свободе и равенству. Закон фундаментально изменил свою роль уже по ходу XIX века. Он больше не олицетворял идею революционной справедливости, а превратился в руках национальных парламентов в инструмент гражданской политики, направленный как против феодального прошлого, так и против становящегося угрожающим «социального вопроса». Короче говоря, он стал средством управления обществом. Столетие спустя эта мысль стала настолько сама собой разумеющейся, что вызывал недоумение даже сам вопрос: а чем еще мог быть закон, как не целенаправленным, относительно недолговечным, адресованным обществу политическим приказом. В содержательном отношении закон пуст. Он может вобрать в себя все, что угодно, и указать тому определенное место в нормативной иерархии...
Читать далее
0
49