Квартал Тортилья-Флэт

В городе все осталось по-старому, если не считать «сухого закона», а в заведении Торрелли все осталось по-старому, несмотря на «сухой закон».

Любовь, драки и немножко винца. Тогда человек всегда молод, всегда счастлив.

О, как должны молитвы миллионов мешать друг Другу и уничтожать друг друга на пути к престолу божьему!

Истинных друзей он в этот вечер не встретил, хотя ему в изобилии попадались те гнусные и криводушные гарпии и мошенники, которые всегда рады заманить человека в пучину порока. Джо, не отличавшийся высокой нравственностью, не испытывал никакого отвращения к пучине; она ему нравилась.

Дом оказался в осаде. Повсюду вокруг него бушевал Дэнни, и Дэнни наслаждался жизнью.

Они сидели у печурки, и на глаза их навернулись слезы, а их любовь друг к другу становилась почти невыносимой.

В доме Дэнни часы уважались, но только как средство обмена. А для собственных нужд друзья могли пользоваться огромными золотыми часами — солнцем. Эти часы были куда лучше наручных или карманных, и гораздо надежнее — ведь их никак нельзя было снести к Торрелли.

На окнах не было занавесок, но щедрая природа украсила стекла паутиной, пылью и следами дождевых капель.

…из всего, что случается, можно извлечь урок.

- Сегодня вечером, - сказал он, - я куплю Арабелле Гросс одну из штучек, которые носят как пояс, только выше.

• Маленькие шелковые кармашки на веревочке?
• Да, - ответил Хесус Мария, - Только они не такие уж маленькие, как ты думаешь.

Этот младенец, наверное, был найден в сад любви. А такие младенцы - самые лучшие, потому что в этом саду не может быть ничего плохого.

- То, что случается, не имеет значения, - произнес он. - Но из всего, что случается, можно извлечь урок. А из этого можно вывести, что подарок, особенно предназначенный для дамы, не должен быть таким, чтобы после него приходилось делать еще один подарок.

Они живут в деревянных домишках, дворы которых заросли бурьяном, и над их жилищами еще покачиваются уцелевшие сосны. Пайсано не заражены коммерческим духом, они не стали рабами сложной системы американского бизнеса; да она, впрочем, и не слишком стремилась их опутать - ведь у них нет имущества, которое можно было бы украсть, оттягать или забрать в обеспечение займа.

Десять минут спустя он вышел из лесу и зашагал к домику Дэнни. Петушок, уже ощипанный и расчлененный, покоился в его карманах. Среди жизненных правил, которыми руководствовался Пилон, одно было незыблемым: никогда, ни при каких обстоятельствах не приноси домой перья, голову и лапки, ибо только по ним можно опознать птицу.

Большой Джо не умел самостоятельно расходовать свою энергию.
- Я пойду с тобой, Пилон, - сказал он.

Уж лучше быть избитым, чем слушать, как над тобой смеются.

«Дамам, – думал Дэнни, – не следует пить много вина. Они от него глупеют; а кроме того, вино усыпляет те чувства, которые делают даму особенно приятной».

Жизнь вокруг них постепенно обретала форму, повторяя вчерашний день и предвещая завтрашний.