Шедевр

Я начинаю любить русскую литературу. Дело в том, что наша литература имеет место быть и быть даже качественной. Просто из-за того, что в люди пробивается всякий мусор все и ставят крест на русской литературе. Но могу сказать - господа еще не все потеряно. Книга не является ярким примером того как надо писать. Не является она также шедевром нашего времени, но читать её было приятно и интересно. Когда я читала рецензию на эту книгу (в журнале "Новый мир" кажется) я случайно проспойлерила себе всю интригу книги, но когда я продолжила читать, то эта интрига в принципе довольно легко и быстро раскрывается, если немного пораскинуть мозгами. Сюжет же книги не представляет из себя ничего оригинального. Главный интерес представляет именно то, как автор написал это. А скажу честно - написано это довольно шикарно. Мистический реализм, причем в довольно интересной форме. В общем, я говорю да, как и русской литературе, так и автору. Иногда все же стоит попробовать и порадоваться, что есть еще хорошо пишущие люди.

Не буду ставить оценку. Неправильно оценивать книгу, которая просто не твоя. Ведь тогда не надо оправдываться за то, что оценила плохо, и не надо объяснять, почему оценила хорошо. Просто – не твоя. Потому что ты совсем не хотела прожить несколько часов внутри до предела больного чужого сознания, не хотела, не хотела… не хотела! Но выбраться из словесных кружев не смогла и дочитала до конца. А не надо было! Надо было вовремя сказать – не твое, закрыть книгу и забыть. Но кружева были такие красивые, замысловатые… шедевр?.. Даже если они непроницаемо черные, как самая густая испанская мантилья?

Почему-то все равно тянет оправдываться. Причем оправдываться в стиле «лучшего способа защиты» - нападая. Я ведь читаю Марину Ахмедову практически каждую неделю, читаю, как журналиста, как великолепнейшего репортера. Спорю, соглашаюсь, не соглашаюсь, возмущаюсь, восхищаюсь – не важно. Важно – я знаю, что репортер она военный, в первую очередь. Важно, что книга о любви - о любви?! - все равно стала у нее книгой о войне (это как в анекдоте об автомате Калашникова, точь-в-точь). Я злюсь, что меня об этом не предупредили, что книга о любви – о любви?! – оказалась заполнена кровью, гноем, намотанными кишками, вывернутыми матками и расколупанными пупками. Злюсь, что не могу оценить. На кого злюсь, не знаю…