Эдуард Успенский частенько пытался наполнить свои книжки чем-то большим, чем развлекательное содержание. Но вот дела: развлекуха у него получалась прекрасная, если не сказать эпичная, а детский науч-поп всегда был где-то на задворках. Это я сейчас вспоминаю себя ребёнком. "Лекции профессора Чайникова" — одна из моих любимейших детских книжек. И да, я из неё узнала, что такое диоды, электродвижущая сила и электроны, а так же какова скорость звука. Всё остальное познавательное в ней я честно пропускала (и, каюсь, пропустила и сейчас, когда перечитывала, потому что скучно и непонятно. Непонятно даже тому, что это и так после школы знает).
Зато всё остальное, кроме научной части, на высоте! Успенскому удалось создать по-настоящему культового персонажа, будь у него хоть немножко больше рекламы и книжек. Готовый ходячий мем: чудаковатый профессор неизвестно чего (точнее, всего на свете сразу), до маниакальности увлечённый наукой вообще, немножко безумный учёный, немножко импульсивный сумасшедший не от мира сего. Возможно, я очень сильно попала под влияние детской ностальгии, но рисунки Гринёвой (она немало детских книжек иллюстрировала) дополнили его образ на отличненько. (Да и вообще они сами по себе очень смешные и по-сумасшедшему атмосферные, в отличие от славных, но не слишком забавных иллюстраций в других изданиях.)
Успенский предвосхитил в России появление гэгов в сериалах. Кто не помнит, что это такое, — так это повторяющаяся, но варьирующаяся шуточка. В книжке "Лекции профессора Чайникова" таких лекций десять, и многие шутки повторяются. Например, в каждой "лекции" профессор каким-то образом утрачивает свою обувь, а на следующий день вынужден приходить в новой: то в бутсах, то в валенках, то в тапочках (в них он был почему-то дважды), а то и даже в унтах. В первых лекциях он показывает "кошковое электричество", натирая кошку шерстью и наблюдая за искрами, а далее постоянно появляются "собаковое электричество", "человековое электричество" и даже как-то "маленькое количество мышкового электричества", так как дело происходит в телестудии, и соответствующие существа запутываются в осветительной технике и искрят. Третий яркий (но не последний) гэг — читатель под кодовым обозначением "Фома Неверующий", который постоянно звонит в телестудию в прямой эфир со словами: "Не верю!"
Чайников — не единственный эпичнейший персонаж, с которым постоянно что-то происходит. Есть ещё двое: мимимишный редактор Марина и раздолбай Миша, от диалогов с которыми сносит крышу. Плюс ещё загадочный Фома Неверующий. Все вместе они генерируют такое количество забавных ситуаций, что явно слабая "познавательная" часть совсем в расчёт не берётся. Ну есть она и есть, фиг с ней. Что-то попроще да всё равно запомнится.
Самое большое разочарование — что Успенский сделал задел на огромную серию книжек про профессора Чайникова, но так больше ничего и не написал. Может, продавалось плохо (хотя количество изданий это не подтверждает). Может, другие проекты больше увлекли (написание миллиона какашечных продолжений "Дяди Фёдора", как бы их развидеть обратно?) Чайников ведь — специалист во всём. Фиг бы с ней, с физикой. Про что угодно мог бы "Лекции" проводить, да даже неважно, про что именно. Успенский и на продолжение лекций по физике тоже оставил хвостик: во-первых, закончил всё на "продолжение следует" и занятной ситуации, во-вторых, оставил в конце адрес, по которому дети могли бы слать вопросы профессору Чайникову, а из ответов на них он обещал составить следующую книжку. Всё детство ждала, как проклятая. Писала трижды. Эдуард Николаевич, едрить вас за ногу, коварный обманщик, где моя обещанная книга?!
63 понравилось
