Английские поэты XVI-XX вв. в переводах С.Я. Маршака

Джонатан Свифт

КРИТИКИ

Гоббс доказал, что все живое Ведет войну между собою. Большие малых любят есть, Но к равным не дерзают лезть. Обыкновенный средний кит Селедок стаю съест и сыт. Волк ест ягненка, а лисица Гусенком любит поживиться.

Но у рифмующих пород, Как видно, все наоборот. У них царит такой обычай: Сильнейший - слабому добыча. Коль вы взобрались на Парнас, Не вы глотаете, а вас. Любой ничтожнейший пиитик - Ваш самый беспощадный критик, Но сам он тоже, в свой черед, Кому-то в когти попадет!

Натуралистами открыты У паразитов паразиты, И произвел переполох Тот факт, что блохи есть у блох. И обнаружил микроскоп, Что на клопе бывает клоп, Питающийся паразитом, На нем - другой, ad infinitum.

Так наш собрат, тоской томим, Кусает тех, кто перед ним. Кусает больно и обидно, Хоть самого подчас не видно. Всем прозвища он раздает: "Дурак", "писака", "идиот", "Рифмач", "ничтожная козявка", "Поденщик книжного прилавка". Поэтам ставит он в пример Таких поэтов, как Гомер, Скорбит о том, что нынче гений Не получает поощрений, Или о том, что вкуса нет У поколенья наших лет, Что в наши дни поэты редки, Что мы бездарнее, чем предки...

Нещадно обличает он Тех, кто поэтом не рожден, Верней сказать, - свою же братью, Что мелет вздор, кормясь печатью!

Джон МИЛЬТОН

О СЛЕПОТЕ

Когда подумаю, что свет погас В моих глазах среди пути земного И что талант, скрывающийся в нас, Дарован мне напрасно, хоть готова Душа служить творцу и в должный час Отдать отчет, не утаив ни слова. – «Как требовать труда, лишая глаз?» – Я вопрошаю. Но в ответ сурово Терпенье мне твердит: «Не просит Бог Людских трудов. Он властвует над всеми. Служа ему, по тысячам дорог Мы все спешим, влача земное бремя.

Но, может быть, не меньше служит тот Высокой воле, кто стоит и ждет».

Джон Мейсфилд

МОРСКАЯ ЛИХОРАДКА

Опять меня тянет в море, где небо кругом и вода. Мне нужен только высокий корабль и в небе одна звезда, И песни ветров, и штурвала толчки, и белого паруса дрожь, И серый, туманный рассвет над водой, которого жадно ждешь. Опять меня тянет в море, и каждый пенный прибой Морских валов, как древний зов, влечет меня за собой. Мне нужен только ветреный день, в седых облаках небосклон, Летящие брызги, и пены клочки, и чайки тревожный стон. Опять меня тянет в море, в бродячий цыганский быт, Который знает и чайка морей, и вечно кочующий кит. Мне острая, крепкая шутка нужна товарищей по кораблю, И мерные взмахи койки моей, где я после вахты сплю.