Английские поэты XVI-XX вв. в переводах С.Я. Маршака

Джонатан Свифт

КРИТИКИ

Гоббс доказал, что все живое
Ведет войну между собою.
Большие малых любят есть,
Но к равным не дерзают лезть.
Обыкновенный средний кит
Селедок стаю съест и сыт.
Волк ест ягненка, а лисица
Гусенком любит поживиться.

Но у рифмующих пород,
Как видно, все наоборот.
У них царит такой обычай:
Сильнейший - слабому добыча.
Коль вы взобрались на Парнас,
Не вы глотаете, а вас.
Любой ничтожнейший пиитик -
Ваш самый беспощадный критик,
Но сам он тоже, в свой черед,
Кому-то в когти попадет!

Натуралистами открыты
У паразитов паразиты,
И произвел переполох
Тот факт, что блохи есть у блох.
И обнаружил микроскоп,
Что на клопе бывает клоп,
Питающийся паразитом,
На нем - другой, ad infinitum.

Так наш собрат, тоской томим,
Кусает тех, кто перед ним.
Кусает больно и обидно,
Хоть самого подчас не видно.
Всем прозвища он раздает:
"Дурак", "писака", "идиот",
"Рифмач", "ничтожная козявка",
"Поденщик книжного прилавка".
Поэтам ставит он в пример
Таких поэтов, как Гомер,
Скорбит о том, что нынче гений
Не получает поощрений,
Или о том, что вкуса нет
У поколенья наших лет,
Что в наши дни поэты редки,
Что мы бездарнее, чем предки...

Нещадно обличает он
Тех, кто поэтом не рожден,
Верней сказать, - свою же братью,
Что мелет вздор, кормясь печатью!

Джон МИЛЬТОН

О СЛЕПОТЕ

Когда подумаю, что свет погас
В моих глазах среди пути земного
И что талант, скрывающийся в нас,
Дарован мне напрасно, хоть готова
Душа служить творцу и в должный час
Отдать отчет, не утаив ни слова. –
«Как требовать труда, лишая глаз?» –
Я вопрошаю. Но в ответ сурово
Терпенье мне твердит: «Не просит Бог
Людских трудов. Он властвует над всеми.
Служа ему, по тысячам дорог
Мы все спешим, влача земное бремя.

Но, может быть, не меньше служит тот
Высокой воле, кто стоит и ждет».

Джон Мейсфилд

МОРСКАЯ ЛИХОРАДКА

Опять меня тянет в море, где небо кругом и вода.
Мне нужен только высокий корабль и в небе одна звезда,
И песни ветров, и штурвала толчки, и белого паруса дрожь,
И серый, туманный рассвет над водой, которого жадно ждешь.
Опять меня тянет в море, и каждый пенный прибой
Морских валов, как древний зов, влечет меня за собой.
Мне нужен только ветреный день, в седых облаках небосклон,
Летящие брызги, и пены клочки, и чайки тревожный стон.
Опять меня тянет в море, в бродячий цыганский быт,
Который знает и чайка морей, и вечно кочующий кит.
Мне острая, крепкая шутка нужна товарищей по кораблю,
И мерные взмахи койки моей, где я после вахты сплю.