Казус Кукоцкого

Про себя она еще подумала: «Красота какая, хоть в гроб ложи...» Ничего дурного она в виду не имела...

А как быть с беспамятством? Если я забыла? Я теперь так много забываю, что наверняка и грехи свои забываю. А тогда в чем же смысл покаяния и прощения? Если нет вины, то и прощения быть не может.

Нравственного невежества быть не может. Нравственным может быть малограмотный. И вовсе безграмотный человек, как наша Василиса, может быть нравственным. Из твоих слов следует, что наука - антитеза невежеству. Это ошибочно. Наука - это способ организации знания, невежество - отказ от познания. Невежество - не малознание, а установка. Парацельс, к примеру, об устройстве человеческого тела знал меньше, чем сегодня рядовой врач, но невежей его никак не назовёшь. Он знал об относительности познания.

Удивительно, но каким-то образом маленькие, незначительные события по мере удаления оказываются важнейшими.

Тома никогда ничего не берет из того, что Женя в дом приносит. Они с Михаилом Федоровичем шампунями не пользуются, заграничного не переносят. Патриоты. Ни мыла, ни лекарств, ни одежды. И присказка ко всему – наше, отечественное... О, убожество...

Прожив к этому времени почта двадцать лет в монастырях, игуменья знала, что любого рода неполноценность - умственная, физическая, нравственная - явления чрезвычайно распространённые и как раз здоровый человек скорее исключение из печального правила всеобщей, всемирной болезни.

Это была первая смерть на моих глазах. Не могу сказать, что мне было страшно. Я стояла перед этим непостижимым событием в глубочайшей почтительности и пыталась всеми силами понять происходящее – не поддающуюся ни уму, ни чувству бездну, разделяющую живых и мертвых, и, в особенности, само это мгновение, в которое живая и теплая бабушка превратилась в странную и ненужную вещь, которую надо было поскорее убрать с глаз, упрятать подальше в землю.

Хотя на карьеру Павла Алексеевича длинную тень бросал офицерский чин отца в царские времена, вторая война как бы исправила это неприятное место в биографии: отец был хоть и военным, но врачом, да и погиб на германской. Теперь, когда страна опять воевала с сыновьями тех же самых немцев, ему было задним числом прощено сомнительное происхождение.