Огненная река

Новеллы сборника очень сюрреалистичны. Автор сосредотачивается на конкретном моменте и его деталях, и кажется, что каждая из деталей взрывает веер пространственно-временных связей. Герои живут одновременно в настоящем и прошлом, видят то, что происходит сейчас, и слышат звуки вчерашнего разговора. Хотя описания деталей окружающего пространства достаточно сдержаны, без сложных многоэтажных определений и высокопарных образов, но не каждый сможет освоить столь причудливо изогнутое восприятия времени и пространства. Мне понравилось разгадывать за отстраненными фразами истинные мотивы героев.

Я кладу нож и иду на этот зов. Я всегда хотела съездить на море. Не в путешествие, просто так, «а давай-ка съездим на море». Но ни разу так и не съездила. Поездка не принесёт никакого результата. Море пепельного цвета, большое и пустое, не сможет утолить мою жажду.

Героев рассказов объединяет два стойких образа: почти все героини имеют какие-то проблемы с деторождением, а надломленные жизнью мужчины имеют нездоровое влечение к чирканью спичками. Все герои находятся в состоянии глубокого личного одиночества, часто это одиночество скорее бережно охраняется. За отстраненностью чувствуются клокочущие эмоции, так давно сдерживаемые, что они натерли толстые мозоли на душе. Общее настроение рассказов довольно депрессивное.

Я довольно много и долго наблюдала за корейцами. Будучи далекой от каких бы то ни было глобальных обобщающих исследований, все же позволю себе заметить, что, при всей своей дружелюбности, простоте и кажущейся на первый взгляд открытости, это люди в целом довольно сильно лицемерные, зажатые, церемонные (исключая тот фантастический разгул и высвобождение эмоций, что творят они после продолжительного изматывающего трудового дня). Таким заявлением, я нисколько не стремлюсь очернить целый народ – просто констатация наблюдений. И все это - неизбежное следствие постоянного нахождения в куче жестких рамок разной природы: возрастных, половых, социальных, профессиональных, рамках общественного мнения и, конечно, традиций, которые, несмотря на бурный технологический процесс последних десятилетий, очень и очень сильны. Корейцы точно знают свое место в окружающем их мире, но, несмотря на такую определенность, словно психологически связаны по рукам и ногам. И в смысле всего вышесказанного мной, этот сборник из двенадцати новелл писательницы О Чонхи очень такой…корейский. Рассказы практически бессюжетны и их невозможно пересказать в общепринятом смысле, автор выхватывает некие вневременные эпизоды жизни своих героев, без конкретной поворотной точки начала и без определенного логического конца, психологические состояния, в ходе которых они или проваливаются в свои воспоминания, или их посещают внезапные мысли, или они начинают абсурдно, сюрреалистически действовать. Объединяет их одно: отсутствие протестных, истерических, бурных, каких-то любых ярких эмоций. Хотя без исключения все они – люди, завязшие в собственной жизни по горло, как в смоле, почти застывшие в ней, мучительно и болезненно. Это немощные старики, женщины, потерявшие детей, мужчины, погрязшие в безысходных тупиковых отношениях, люди, выпавшие на обочину из-за болезни, проступков или несчастливых обстоятельств. Все герои - как огромный нарыв на теле, в глубине которого бурлит заражение и высокие температуры, чуть прорвавшийся в нескольких местах и беспрерывно сочащийся дурной грязной кровью и гноем. Выздоровления нет и не будет, есть огромное напряжение, нагнетание и постоянная угроза – неслучайно во многих рассказах герои маниакально жгут спички (Огненная река, Дамба в тумане, Беглец), шьют, терзая ткань иголкой или стирают до остервенения белье (Огненная река, Весенний день, Рассвет), экстатически танцуют (Магнолия, Отношения, Женщина в магазине игрушек). Автор в нагромождении причудливых образов, хаотических видений, сумбурных фантазий рисует читателем реку жизни, но не как ледяную, бурную и прихотливую силу, а как мутный грязный поток, в котором среди прочего мусора, плывут гниль, нечистоты, отбросы и который, из-за очевидного переизбытка токсичных мерзостей, периодически охватывает огнем. В общем и целом, сборник этот не произвел на меня какого-то глубокого неизгладимого впечатления (за исключением титульного рассказа), не думаю вернуться к нему еще когда-либо, при всех очевидных литературных достоинствах, возможно, он просто попал в мои руки не в надлежащее время.