Цитаты из книги The Dark Half

Если уж начал резать, то режь до конца.

Пэнгборн давно понял, что голова всегда дает нервам дельный совет, которому они не могут последовать. Они отвечают: «Да, сэр. Вы все так хорошо объяснили. Очень правильно вы говорите». И все равно продолжают дрожать и звенеть.

все мы - герои своих жизней

Он всегда чувствовал, с правдой жить легче, чем с ложью. По крайней мере в долгосрочной перспективе.

Пластыри, как и копы, подумал Старк, — никогда не попадаются, когда в них действительно есть нужда.

Но возможно, писатели ВЫЗЫВАЮТ призраков; наряду с художниками и актерами они единственные общепризнанные медиумы в нашем обществе. Они придумывают миры, которых не было прежде, населяют их несуществующими людьми и приглашают нас присоединиться к их вымыслам и фантазиям. И мы с радостью принимаем их приглашение. Да. Мы ПЛАТИМ за это.

Конечно, для города это вообще ничего не значило. Парни вроде Хольта получают прозвища именно из-за своих похоронных обязанностей. Мать назвала его Стивеном, но для всех он был Могильщиком Хольтом — с тех самых пор, как взялся за это дело в 1964 году, — и останется Могильщиком Хольтом до конца своих дней, даже если вдруг сменит работу, на что он уже вряд ли решиться в шестьдесят один год.

Думаю, это простое везение. И это доказывает одно: когда ты уверен, что кто-то точно начнет болтать, все держат язык за зубами.

...если вы позволяете даме солгать один раз, за ним неизбежно последует другой...

Мир стал бы намного более эффективной машиной, если бы все персонажи популярных романов вдруг ожили, подумал Тад. Эти герои всегда управляют своими чувствами и мыслями, плавно переходя из одной главы книги в другую.

Он сказал, что писал свои книги в ясные, солнечные деньки, а Старк забирал себе все дождливые дни.

Любой дурак с быстрой хваткой может взять тигра за яйца, но чтобы продолжать сжимать их, нужно быть героем. И еще кое-что, раз уж мы затронули это: только героям и недоноскам, бросающим дело на полпути, удается уйти, Джек. Только им, и никому больше. А я дел на полпути не бросаю.

Лиз перевела взгляд с Тэда на Старка, потом опять посмотрела на мужа и вдруг побледнела, потому что уже не смогла их различить. Внезапно край пропасти стал еще ближе.

– Конечно, я псих, – ответил Тэд и рассмеялся. Его смех до жути похож на смех Старка – смех человека, танцующего на краю пропасти. – Он же псих,а он появился у меня из головы, разве нет? Как какой-то дешевый демон изо лба третьеразрядного Зевса. Но я знаю, как надо. – Он повернулся и впервые а все это время посмотрел на Алана в упор. Я знаю, как надо, – медленно и с нажимом повторил он. – Лиз, я жду.

– Ты – призрак сказал он. – Сверхъестественное существо. Получается, мы тут стоим и смотрим на призрака. Потрясающе, правда? Это не просто паранормальное явление; это, черт возьми, целая эпопея.

—А вот сборище воробьев — это признак зловещий. Во всяком случае, по Барринджеру. Воробьи — проводники мертвы. — Что означает... — Что означает, их дело — сопровождать заблудшие души обратно в мир живых. Иными словами, они — провожатые живых мертвецов.

Слова на бумаге создали его, и слова на бумаге – единственная штука, которая может избавить нас от него.