
Подвижники благочестия и церковные деятели
to1l
- 247 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Отзываться о такой книжке - большая честь и ответственность. Поэтому позволю себе только пару слов.
Если Несвятые святые являются действительным откровением для тех, кто мало знаком с русской православной жизнью или не знаком вообще, то "Моя жизнь со старцем Иосифом" - это неисчерпаемый источник сладкой и утоляющей жажду влаги для тех, кто уже знаком с Православием. Жизнь Святой Горы, личности великих подвижников, которые жили вот только что, прямо одновременно с нами, на таких высотах духа!, их быт, духовная жизнь - само по себе это дар, наставление и просто оздоравливающее душу чтение. А ещё в этой книге очень интересный язык, веселый, "вкусный", меткий (низкий поклон переводчику!!!). Старец Ефрем не просто рассказал саму по себе поучительную свою жизнь и жизнь окружавших его, но и очень уместно, умеренно и точно добавил наставления...
Слыхала я, что люди смущались тем, что читали в этой книге. Так, по-моему, они чего-то недопоняли и в Православии, и в книге.
Как прекрасно, что есть такая книга! Слава Богу!

Честно говоря, думала, что книга будет не сильно интересной. Полезной - вполне возможно, но не увлекательной. Начинала читать понемногу, не торопясь. Книга отвечала взаимностью: читаешь? ну, читай-читай... А потом попались эпизоды с теми или иными, весьма сомнительными, деталями житья-бытья старца Иосифа с общиной. Всякие грубости по отношению к послушнику я вполне могла принять, потому что это более-менее укладывается в традицию. Как и тяжелый труд в состоянии такой же тяжелой болезни. Чего я не смогла вынести, так это очень реалистичных описаний посуды, не моющейся годами; тряпки для стола, которая от грязи может ровно стоять; приготовления и поедания испорченных продуктов. Я уже и не чаяла закончить чтение - впереди было больше половины, а книга продолжала отвечать взаимностью: больше и больше эпизодов, заставляющих задуматься об особом православно-греческом менталитете и особой греческой же аскетике.
Надо заметить, что сочинение это очень объемное: в книге две части, занимающие полсотни страниц. В первой автор, старец Ефрем, рассказывает, как он оказался на Афоне, как начинал свою жизнь у старца Иосифа, как болел, как учился Иисусовой молитве, как трудился, спал и молился. Вторая же полностью посвящена истории самого старца Иосифа: его жизни в миру, поисках наставника, формировании общины, его сомнениях, признании и исправлении ошибок.
Бегло пролистав фотографии, расположенные почему-то аккурат между двумя разделами, я перешла ко второй части. И неожиданно чтение затянуло. Поскольку все действующие лица были хорошо знакомы, оказалось совсем не всё равно, что и как с ними происходило, как строилась жизнь, как формировалась община, как менялись приоритеты и некоторые убеждения - конечно, во второстепенных вещах; главным для всех них всегда был Христос.
И вот тут пригодилась первая часть книги: против мечтательности; против благостных мыслей о том, как хорошо отшельникам в уединении - тишина, природа, непрестанная молитва, только ты и Бог... которые так часто возникают после чтения древних житий и не имеют ничего общего с действительностью, где надо трудиться как и везде - в поте лица своего. Я вернулась к фотографиям и внимательно их разглядела - вот он, старец; вот Ефрем, вот его келья... а вот Арсений, еще один Ефрем, отец Афанасий... И постепенно пришло понимание: насколько масштабная это была личность, какую огромную роль старец Иосиф сыграл не только для всех жителей горы Афон, но и для всего православного мира того времени, и какой неизмеримый подвиг пришлось ему для этого понести.

Самое радостное мое литературное открытие. Всегда ощущается, когда книга пишется от силы слов. Когда есть давление любви и материала. В этой книге каждое слово гудит, как струна. А ведь книга даже не написана в полном смысле этого слова. Это магнитофонные записи рассказов старца Ефрема, и оттого в них сохранилась искренняя разговорная интонация. Я такие книги очень люблю. Это больше, чем книга в обычном понимании - это правда.

- Дитя мое, плотская брань возгорается не столько от пищи, от пития, от вина и от сна, сколько от осуждения.

У каливы Старца я сидел и тянул четочку, а он мне рассказывал о молитве, об отцах, за которыми ухаживал, когда они состарились. И в этом месте, у его каливы, мир благоухал, как лилия и роза, хотя вокруг была одна сушь и ничего не росло, кроме низкого каменного дуба.
Однажды я начал нюхать воздух, и Старец меня спросил: "Что это ты делаешь?" "Старче, пахнет лилиями и розами". "Вот балда! Подойди поближе к двери".
Я подошел к двери в келию Старца и вдохнул аромат. Я вошел: вся келия благоухала так, что даже моя борода и одежда стали источать аромат. Старец мне сказал: "Это от молитвы. Разве ты не понимаешь? Благоухание это Имя Христово."
Должно быть он долго молился той ночью. От Иисусовой молитвы благоухает не только человек, но и место, где он стоит. Я чувствовал, как аромат его молитвы орошал все, что его окружало, воздействуя не только на наши внутренние, но и на внешние чувства. Когда молитва Старца достигала апогея, его сердце и ум, а вместе с ними и все пространство келии, становились пылающей купиной.

«Одного безмолвия уже достаточно для утешения», — говорит святой Исаак Сирин. Лишь безмолвие способно дать человеку утешение, и оно особенно велико, когда его (безмолвие) посетит благодать. Тогда ум восходит прямо на Небо, ведь тогда открываются и ум и небо и они становятся одним.















